— Ваше величество, — вскинулся Варнамен, — по моим сведениям герцог Фиган никак не успокоится и опять начал интриги, а уменьшение патрулей пойдет ему на руку. Я думаю, что в этом случае он примется за старое.
— Вот и займись им, но только аккуратно, сам знаешь, что у него большая дружина и вассалов много, — он посмотрел на архимага, — задача школы — подготовить как можно больше магов. Понимаю, что ускорение всегда сказывается на качестве, но для людей со средними данными, это не так существенно. А вот потенциально сильных магов надо обучать, как следует.
— Ваше величество, — чуть смущенно сказал ректор школы, — ваша дочь, также поступившая в этом году на боевой факультет, наверняка захочет поселиться вместе с внучкой Владыки, а это сами понимаете. Воздействуйте как-то на них.
Да, уж, император, как никто другой, понимал, что это значит. Он до сих пор помнит их проказы двухлетней давности, от которых все придворные, особенно фрейлины, стонали и жаловались ему. Последние даже научились ходить по дворцу как по вражеской территории, не хуже егерей находя различные ловушки. Когда Виниэль провожали домой, то все они на полном серьезе обсуждали какой подарить эльфийке подарок, чтобы она больше никогда не приезжала в империю к своей подруге. Но глава тайной службы утверждал, что аналогичный вопрос поднимался и в отношении его дочери, только немного в другом плане — она должна уехать в Первый лес и остаться там. «Ну, ничего», — подумал он, — «не разрушат же они, в самом деле, школу. Или разрушат?». С такой мыслью он закончил совещание.
Архидемон Карагаран, неизвестно кем поднятый в качестве лича, тяжело поднялся с земли. Эта маленькая магичка непонятной расы чуть его не убила. Конечно его резерв маны был заполнен всего на двенадцать процентов, но эти ее заряды технического мира имели довольно большую мощность и, в конце концов, источили его резерв. Будь у нее еще один, то его убили бы во второй раз.
— Ничего, — прошептал он, — мы еще встретимся, когда полностью восстановлю свои силы и тогда никто не помешает мне сделать с вами то, что захочу.
Тут его мысли переметнулись на другое.
— Но откуда в этом мире клинок Повелителя домена Гуар? — удивленно спросил он сам себя. — Ведь насколько я помню, этот домен не участвовал в той войне. И где его пара?
Но сейчас у него задача разобраться, кто и для каких целей поднял его.
Ух, как же болит голова. Я поднял руки и чуть сжал голову — полегчало. Почувствовал что-то справа от себя, приподнял веки и скосил глаза — рядом со мной приподняла голову девочка. Опять закрыл глаза, потому что даже такое движение вызвало волну боли. Почувствовал, как девочка и что-то мне сказала на незнакомом языке, но отвечать не было сил. Почувствовал прикосновение к груди, затем уколы, а спустя всего три-четыре секунды головная боль прошла.
— Ух, — выдохнул я, — спасибо тебе, — я посмотрел на странный прямоугольный прибор, лежащий у меня на груди.
— …, - ответила она.
Следующие пять минут я попытался заговорить с ней на языке ракшасов, валькирий, даже сумел построить фразу на эльфийском, но девочка ничего не понимала. В то же время она спросила меня, как я понял, еще на двух языках, которые уже не понимал я. За время нашей такой беседы я разглядел ее, а память подсказала, что с такой расой я не встречался, что не говорило о том, что в этом мире ее не существует. Смесь человека с эльфийским картом, очень опасным хищником, которого эльфы то ли приручили очень давно, то ли вывели искусственно. Кем является эта девочка, понятно — это именно она посылала зов о помощи, и ее я пришел спасать. Надежда на то, что освобожу кого-то важного и значимого растворилась. Приготовив из остатков припасов еду, мы поели и двинулись в путь.
Агат, умница, нашел рощу недалеко от дороги, поэтому ее поиск не занял у меня много времени. Поначалу ехали молча и я вспоминал все моменты злополучной и скоротечной схватки. Вот и получается, что для сильного мага я легкая добыча. Не помню, все ли маги могут воздействовать на разум так сильно, но в той или иной степени должны уметь все. По крайней мере, мне так кажется. Поступлю в школу магии и первым делом сделаю себе амулет от ментального воздействия. Спустя полчаса девочка, ехавшая позади меня, начала о чем-то меня спрашивать, видать болтунья мне попалась. Я жестом, который она поняла сходу, прекратил это и принялся учить ее языку. Показывал на предмет или дерево, называя его, и добивался от девочки более-менее правдоподобного звучания. Вот тут-то она меня удивила очень сильно — схватывала она на лету, да и память у нее было отличная, если не сказать большего, потому как спустя три или четыре попытки она говорила практически без акцента. Передвигались мы таким образом до вечера без остановок, и мой скакун выдержал это вполне легко.
