Все события и герои вымышлены. Любые совпадения с реальными личностями случайны. Но это не является основанием не верить тому, о чём здесь написано.Третья книга серии «Школа жизни».В этом научно-фантастическом романе автор предлагает вам новый взгляд на политический и социальный мир, разворачивающийся внутри «Школы жизни», в котором живут души, и повествует о том, как происходило и продолжает происходить переустройство мира в демонтаже суверенных, некогда целостных территорий, с попыткой создать на их основе Мировое государство, возглавляемое Мировым правительством, целиком и полностью подчиняющееся Скверне.Это удивительное, местами фантастическое, а порой сложное повествование хроник, в котором поднимаются сакральные вопросы, помогающие лучше понять суть процессов, происходящих сегодня в мире.Вас ждёт удивительное путешествие. Приготовьтесь к очередному сносу мозга и всех существующих стереотипов, благодаря которому ваша жизнь перестанет быть прежней.
Fais ce que dois, advienne, que pourra.
Делай, что должно, и будь что будет.
По закону космоса, божьему уложению
И молитвам матери, всякая линия на ладони твоей
Подтвердит, что неодолимой силой станет твоя империя…
Злата бездумно и неподвижно сидела на кровати, свесив ноги. В её голове, кроме гудящего белого шума, не было ничего, ни единой мысли, ни единого поползновения, совсем ничего. Озираясь по сторонам, она пыталась хоть за что-то уцепиться взглядом, но всё тщетно. Сознание путалось, словно не зная покоя.
Состояние: потеряна и разбита.
Блуждая, её взгляд остановился на окне.
Оно было распахнуто настежь, отчего шторы то и дело колыхались от играющего с ними сквозняка, впуская в комнату много прозрачного воздуха и света. На секунду показалось, что это и не окно вовсе, а всевидящее око, стирающее границу между внутренним невидимым и внешним проявленным, делающее тебя былинкой, плывущей в едином потоке, только в преобразованном виде, показывающее все когда-либо пройденные трансформации и воплощения, через которые душа проявляется во всех своих сакральных образах.
Бр-р-р.
Она поёжилась, натянув побольше на себя одеяло.
Пустота – вот то единственное, что её сейчас наполняло и было ею. Она и была пустотой. И даже присутствие её верных четырёхлапых питомцев не принесло должного эффекта для осознания себя в себе.
Злата, обхватив голову руками, всё так же продолжала, покачиваясь, сидеть на кровати.
Её волки Молчун и Вихрь неустанно следили за своей хозяйкой, не в силах ей помочь, видя, как та никак не может очухаться от ночного кошмара, продолжая наяву оставаться в нём.
Да и не кошмар это был вовсе, а слишком глубокое погружение в хроники собственных воспоминаний.
Пребывая в одиночестве, как-то незаметно для самой себя Сехмет погрузилась в пучину собственных воспоминаний, уносящих её в те далёкие времена, когда она в своём первом воплощении внутри игрового пространства была Тефнут. Поначалу эти воспоминания явно доставляли ей удовольствие, отчего она жмурилась и словно мурлыкала.
Но всё изменилось. Сокар, он же Шу – так его тогда именовали, просто в мгновение ока испарился, его не было не просто внутри игрового пространства, его вообще нигде не было.
Эти воспоминания разбередили старые раны.
С таким мощным ощущением «пустоты» Тефнут столкнулась впервые. Моментами её охватывал звериный страх, скорее, ужас от того чувства одиночества, которое в одночасье монолитной плитой рухнуло на её хрупкие плечи, в тот самый миг, когда она так чётко и так осязаемо впервые ощутила себя без него.
«Почему так холодно?» – мелькнуло в голове. Она поёжилась.
Воспоминания вновь захватили её. Тогда, ещё давно, когда они впервые спустились внутрь игрового пространства, их раскидало друг от друга куда кого. Это сейчас архитектура и внутренний дизайн игровых пространств «Школы жизни» отточен и доведён до состояния шедевра, а тогда все блуждали внутри тысячи оттенков чёрного, и все предстоящие изменения были впереди.
Она была всеобъемлющей Влагой, той самой львиноголовой Тефнут, что есть первородный плевок, так её рекли. Поэтому везде, где бы она ни появлялась, где бы ни ступала её нога, всё, к чему бы ни прикасалась её длань, – везде тут же начинался процесс зарождения водяных воронок. Она была повсюду, она была первыми водами зарождающегося пространства.
Он же был всеобъемлющим Воздухом, тем самым животворящим дыханием Шу, что есть пустота, так его рекли. Представить сложно, сколько же ему пришлось потратить сил и воли, чтобы понять, что та, которую он ищет средь всей глади этих бесчисленных вод, и есть та самая, ради которой это всё, потому что эта бесчисленная великолепная водяная гладь и была ею.
Поправив локон на своём лице, Сехмет улыбнулась, вспоминая тот самый миг их встречи и воссоединения, миг, когда они материализовались в совершенно новом для себя не только образе, но и месте.
Ох, что было, что было-то, когда воздух и вода, объединившись в едином порыве страсти, больше не могли, да и не хотели сдерживать поток и силу их единой и такой гармоничной энергии.
М-м-м, она снова жмурилась от удовольствия, вспоминая, как, объединившись, они начали обустраивать свой Гелеополис на первом холме, получивший форму пёсьей головы. Эта земля стала первым Кремлём, первым транспортным узлом отсюда туда и первым институтом времени, позднее став местом определения дальнейшей судьбы души во время её перехода путём её непосредственного взвешивания и сравнения с истиной, где от результата зависело дальнейшее распределение в залы скорби или залы забвения, местом распада, именуемым Инпу.
Работы было много, и вся она была наполнена их мыслями, которые они неустанно материализовывали в этой пока ещё девственной, однородной среде.
