Первые полёты в космос, Карибский кризис, война во Вьетнаме, хрущёвская «оттепель» – на фоне этих мировых и внутриполитических событий протекает жизнь ребят в уральском посёлке.Они вырастут, разъедутся по всей стране, переживут крушение советского строя и развал Союза, но сохранят память о годах детства и любовь к родной стороне. Но это будет потом. А пока они – школяры…Плакаты и открытки 60-70-х годов прошлого века, использованные для оформления книги, передают атмосферу, в которой жили и взрослели герои повествования, основанного на воспоминаниях автора.
© Согрин Ю.М., текст, 2011
© ИП Чумаков С. В., 2017
Как обычно, по давно заведённому кем-то порядку, в первую субботу февраля в Висимской средней школе собрались на Вечер встречи выпускники разных лет. В школьном вестибюле толпились люди разных возрастов, по-разному одетые. Всех их объединяло одно – они были бывшими учениками Висимской школы. Кто-то громко выражал свои восторги при виде знакомых лиц, а кто-то скромно стоял в сторонке, разглядывая пришедших.
Выпускников юбилейных лет было заметно больше, и они кучковались в стайки, в группки, как когда-то 10, 20, 30 лет назад, когда постигали в этих стенах свои первые жизненные уроки, учась писать, считать, читать, а самое главное – учась дружить и жить.
Что бы там ни говорили умные и не очень умные дяди и тёти, подчас смеясь и презрительно фыркая, но школьная дружба была, есть и будет всегда самой крепкой на свете. Проходят годы, школьники вырастают, становятся взрослыми, образованными, твёрдо стоящими на ногах людьми, но те десять лет, проведённые за школьной партой, они не забывают никогда – это просто невозможно! А тот, кто говорит, что ничего не помнит, либо душой кривит, обманывая и себя, и других, либо цену себе набивает и рисуется перед себе подобными, либо стал этаким «Иваном, не помнящим родства» – чёрствым и бездушным человеком. Но, даже если такие и находятся, то их единицы. О них и говорить-то не стоит.
Лучше давайте поговорим о большинстве. Давайте вспомним вместе с некоторыми из них их школьные годы, то время, когда все они назывались «школярами».
Возле школы остановилась «Волга», и из неё, не спеша, вышли трое мужчин. Перебросившись несколькими фразами и удивлённо глянув на тёмные окна спортзала, они прошли к школьному крыльцу. Новая дверь открылась плавно и бесшумно, а не с оглушительным грохотом, с каким открывались двери прежде, и впустила приехавших в вестибюль.
– О, Коля, Юра и Серёжка приехали!
От группы дам, стоявших в вестибюле, отделилась самая солидная, имеется в виду – по габаритам.
– Вы у нас, как всегда – словно по секундомеру приехали. А почему одни? Где остальные, где девчонки?
Самый солидный, опять же по габаритам, из троих вошедших пожал плечами и ответил за всех:
– А хрен их знает. Спросите что-нибудь полегче. Юра с Серёгой всех, кого могли, обзвонили, всех предупредили. Не все, но многие обещали быть. И висимчане – в том числе. Их из нашего выпуска… Юр, сколько там висимчан?
– Да вроде бы четверо, – ответил тот, кого назвали Юрой, невысокий, коренастый, слегка располневший мужчина.
– Вот, видите. А сколько пришло-приехало?
– Вы первые будете…
– Слушайте! – возмутился третий вошедший, по всем несложным расчётам, с именем Сергей. – Чё вы навалились? Дайте хоть раздеться с дороги, оглядеться немного. Я вот в школе лет десять уже не был, если не больше.
– Угу, во-во, – подхватили Николай и Юрий, – мы того же мнения. А то школа-то обновилась. Жарко теперь в верхней одежде…
– Ну, давайте, раздевайтесь. Потом наговоримся, вечер впереди длинный.
Дама отошла к бывшим одноклассницам, которые, помахав ребятам приветственно руками, тут же принялись что-то оживлённо обсуждать.
– Ты смотри, – тихо буркнул Сергей, – у «бэтиков» восемь человек приехало, а мы, как «три тополя на Плющихе». Вот ведь, заразы, всех предупредили, а никто не пришёл. Никому ничего не надо, равнодушные все какие-то. Аж материться хочется.
– Чего ты расстраиваешься? – успокоил его Николай, – мы-то здесь, и нас – трое. Значит, сообразим на троих.
– Ага, с Юркой много насоображаешь. Он не пьёт совсем.
– Ничего. Мы ему минералочки нальём. Юр, ты её, кстати, из машины-то забрал?
– Да забрал… Хожу теперь, как бомж, с этим драным пакетом и с бутылкой в нём.
К троице подбежали девчушки-школьницы.
– Мы вас поздравляем с этим торжественным днём! Просим вас зарегистрироваться и заполнить анкеты.
Шустрей всех оказался Юрий, уже сдавший в гардероб свою куртку и подошедший к столу регистрации.
– Так, где тут 1972 год выпуска? Ага, вижу.
Немного поискав в списках свою фамилию, нашёл и поставил напротив роспись.
– И для чего это вам? – с улыбкой поинтересовался он у школьниц.
– Как для чего? Для истории, – прыснули девчушки.
– А-а, ну, тогда, конечно.
– Юра, там за меня распишись! – крикнул от гардероба Сергей.
– Может быть, ещё и анкету за тебя заполнить?.. – беззлобно огрызнулся Юрий, задумчиво заполняя графы своей анкеты.
– Ну, заполни. Я всё равно очки дома забыл.
– А я вот не забыл… Девчата, а вот тут графа: какое учебное заведение окончил? Тут, что, полное название писать?
– Не знаем, – девчушки неуверенно переглянулись, – наверно, можно и коротко, сокращённо.
– Ну, если сокращённо, то это – СПТУ.
Стоявший рядом Николай глянул в Юрину анкету.
– Что это за СПТУ? Сельское профтехучилище, что ли? – спросил он удивлённо.
