После уроков Саша заглянула в кабинет Галины Петровны забрать документы. Кира, Денис и Егор остались ждать девочку на пустынном втором этаже, договорившись погулять после. Кира как раз приступила к вызваниванию Милы, то и дело слушая непрекращающиеся гудки.
– Садись, – Галина Петрова указала на стул, – сейчас всё отдам.
Когда девочка вышла из кабинета, на её радость, рядом с одноклассниками стояла Мила.
– Ты где пропадала? – удивилась Саша.
– Да так… – неуверенно произнесла Мила.
Друзья направились к первому этажу, чтобы покинуть школу, кто-то навсегда, а кто-то на три месяца.
Мила шла позади всех.
Сейчас ей надо было кое-что сказать им. Несколько раз пыталась она выдавить из себя слова – без толку. Но это необходимо. Кое-кто не оставил ей выбора. Хотя, может, выбор и был. Да только не всегда делают люди его правильно. Столько решений? Столько вариантов? Скрытых от нас, не таких очевидных? Когда нет времени подумать, или страх застилает глаза, как разглядеть этот иной выход? Не обязательно быть плохим или подлым человеком. Достаточно обстоятельств. В данной ситуации Мила пошла на всё это, потому что так сложились именно они, обстоятельства. Сама не понимала, вернее, не видела, других путей. Хотя «решилась» – это когда можно отступить. А она могла?
Девочка посмотрела на Сашу: «А как поступила бы ты?»
Проходя около нужной двери, произнесла вслух:
– Ребят, подождите! – слова шли натужно, но вроде бы голос не дрожал. – Меня тут Артём Геннадьевич перехватил, дал ключи и попросил кое-что ему принести. Пойдемте со мной, нужно заглянуть в подвал, там комната, директриса нагрузила что-то починить, без инструментов никак, – девочка продемонстрировала ключи, добавила: – мне одной страшно спускаться за ними, сами знаете.
Мила зашла под лестницу, открыла дверь, что находилась под ней. Раньше там располагалась раздевалка, пока её не внедрили в спортивный зал. Место жутковатое, темное, и старшеклассники часто, запираясь в туалете (он там тоже есть), втихаря курили.
Мила повела их дальше. За ещё одним замком перед ними вырос длинный коридор, который упирался в некое закрытое более внушительной дверью помещение. Мила открывала её трясущейся рукой. Только этого никто не заметил.
– Реально? – удивилась Саша. – Вы переодевались в этом подземелье?
– Заходите, – попросила Мила.
Когда все ребята оказались внутри, включился свет.
Послышался щелчок, на него обратила внимание только Мила, так как знала намного больше, чем остальные ребята.
На потолке болталась на оголенных проводах тусклая желтая лампочка, освещая помещение, в котором просто невыносимая духота! Это объясняется сплетением горячих труб, что находятся за спинами одноклассников.
– Как же называется, забыл… – заговорил Егор, – техническое подполье? Подвал? Что нужно принести Артёму Геннадьевичу?
Все посмотрели на Милу.
– Я не знаю, мне нужно… нужно отдать вам.
Девочка еле-еле контролировала руки. Её била сильная дрожь. Она сняла рюкзак, ей понадобилось много усилий, чтобы развести молнию. Она достала черную папку, протянула Саше:
– Прочитай. Вслух. Громко.
Конечно, Саша поняла, что что-то тут не так. Мила всем видом выражала страх. Причем такой, какой бывает перед смертью… наверное. Саша-то с таким чувством знакома не была. Очень неуверенно сделала Саша шаг вперед, приняла черную папку. Осторожно открыла ее, словно коробку, из которой непременно должен вылететь хохочущий клоун на пружинке.
На первой странице черные буквы, возведенные в кавычки, гласили:
«Кассеты. Завершение»
Саша начала читать:
– Ещё раз приношу свои поздравления. Вы разгадали мои загадки без подсказок.
До определенного момента я, честно признаться, не знал, что кто-то снова начал их прохождение. Но, по счастливому стечению обстоятельств, это не ускользнуло от меня, поэтому вы получите приз.
Приз – это возможность принести себя в жертву. Ради нее.
Всё ради нее! – голос Саши дрогнул. Она посмотрела на Милу.
– Чи-читай дальше, – взмолилась Мила, кивнула на дверь, показывая, что не одни они здесь.
– Но прежде вам нужно узнать его историю:
В одном неприметном городке расположилось немаловажное строение университета. Ради него съезжались сюда подающие надежды умы со всей страны…
Проживал неподалеку от центральной площади в мрачном пятиэтажном доме пока ещё молодой и перспективный мужчина вместе со своей любимой, но слабой женой и шестилетним сынишкой. Только стоило ему закончить стажировку, его радужно приняли в ряды университета.
Существование мужчины не сказать чтобы было примечательно, достойно какого-либо особого внимания. Да и жизнь его не обижала, если не считать болезненности жены. По крайней мере, пока…
Жил он скромно, в чрезмерных благах не нуждался, отдавал всё на лечение жены. Работал себе в университете, наблюдал за достижениями растущего сына – первое слово, первые шаги, связные разговоры. Радовался, когда жена пошла на поправку, ведь ученому подняли зарплату, он смог позволить себе более дорогостоящие лекарства для нее…
