Сразу открываю защиту, и перед Снейпом оказывается полный набор ощущений, испытанных мной при вселении в измученное и не желающее продолжать существование тело. Ощущение вторжения исчезло сразу же. А когда я открыл глаза, то увидел, как профессор с оглушенным видом откинулся в кресле.
— Профессор?
— М-да... Вполне сравнимо с круциатисом. Говоришь, мальчишка жил так довольно долго?
— Я бы сказал — всю жизнь. — Профессор попытался подняться из кресла, при этом в глазах его загорелось пламя неподдельной ненависти. — Не стоит. С директором нам пока не справиться даже вдвоем, а мстить Дурслям... Они достаточно наказаны моим присутствием.
— Это как? — Снейп расслабляется. Похоже, мои доводы показались убедительными
— Читайте.
— Легилеменс. — На этот раз Снейпу достается ночной разговор с Верноном и исповедь. На факты накладывается и эмоциональная картина воспринимаемого страха. Ненависть профессора потихоньку гаснет, сменяясь глубоким удовлетворением. Профессор поднимает лицо к верху. — Прости меня, Лили, я не сумел...
— У Вас не было ни одного шанса.
— Если бы я...
— Оказались бы в соседней с Блэком камере. И ничего бы не добились.
— Значит...
— Вы не смогли спасти. Но можете отомстить. И еще... Профессор, Вы осознаете, насколько повреждены Ваши щиты?
— О чем ты?
— Я не могу закрыться от восприятия Ваших чувств.
— Вот как...
— Вы все еще любите ее?
— Всегда.
— Тогда... Я могу предложить Вам весьма интересную сделку.
— Какую?
— Вы помогаете мне в моих делах, а я Вам — найти в посмертии Лили.
— Как это?
— Я же оставил на Гарри свою метку, и отправил на поиски матери. Так что, я найду его, и она будет где-то рядом.
— Думаешь?
— Уверен.
— Что-то ты ведешь себя скорее как ангел...
— Как человек.
— Даже для человека...
— Я бродяжил по мирам несколько веков. Но мне всегда было и будет шестнадцать.
— Это как?
— Такова плата. Я всегда остаюсь тем мальчишкой, который пришел к вратам замка Всевластного повелителя Всего-и-Ничего. Того, за что была назначена цена, у меня давно нет... А я платил, плачу, и буду платить ...
— Хорошо, что Темный лорд не знает о таком способе обретения бессмертия.
— Ему бы не помогло.
— Почему?
— Цена не всегда понятна, не всегда справедлива, но всегда — высока. И обмануть Архитектора, подсунув ему нечто, для себя малозначимое — не выйдет. В случае Тома Реддла... Ему, скорее всего, пришлось отказаться бы от власти. Любой. Не думаю, что такая вечность была бы ему интересна.
— А ты?
— Та, которую я спас, получив силу от Повелителя — не захотела разделить мой путь, и мирно скончалась от старости в возрасте восьмидесяти лет... Шестьсот лет назад.
— Хм... А мисс Грейнджер?
— Я надеюсь, что Повелитель Перемен сочтет, что мой долг выплачен.
В общем, дальнейший разговор прошел в «теплой деловой обстановке». Мы договорились, что на уроках профессор будет по-прежнему придираться ко мне, но к Миа будет относиться так же, как к любой другой ученице с «нейтральных» факультетов — Рейвенкло или Хафлпафа. Слишком резкие изменения вызвали бы подозрения, поэтому решено было их избегать. Так же профессор научил меня «изолирующим» чарам. В кавычках — потому, что я слишком привык употреблять этот термин в отношении заклинаний, блокирующих доступ к внешним источникам Силы. Тем не менее — заклинание оказалось очень полезным, хотя научиться ему (а вернее — перестроить «под себя») оказалось нелегко. А котлы, которые мне, как предполагалось, пришлось мыть, профессор почистил в последние минуты «отработки» одним заклинанием. Возле выхода из кабинета профессора Снейпа меня уже ждали Драко и Дафна.
— Ну как?
— Все в порядке. Идем. — Серьезно разговаривать в коридоре не хотелось. А заодно — хороший повод опробовать недавно изученное заклинание.
В пустующем классе оказалось очень удобно накинуть модифицированный изолятор. Единственная трудность, с которой я столкнулся — то, что проф явно задействовал какую-то стандартную конструкцию «ученик моет котлы», подставив в нее мое лицо и форму факультета, а мне пришлось постоянно придумывать и поддерживать иллюзию «дети обсуждают шалость». Правда, только до тех пор, пока эту обязанность не перехватила Кай.
— Как тебе мой крестный? — Драко явно беспокоится об исходе разговора.
— Замечательно. У нас нашлось некоторое количество общих интересов, так что мы заключили союз.
— Это хорошо, но мы...
— Дафна ты тоже хочешь принять Метку и войти во Внутренний круг?
— Да, Гарри.
— Ты Видишь. Поэтому спрошу еще раз: ты уверена?
— Я видела Метку прежнего Лорда на отце, господине Люциусе... и еще нескольких людях. Она требует покорности и грозит карами. Твоя — обещает защиту и поддержку.
— Хорошо. Руку. Вериарейла! — На руке Дафны возникает уже привычная и знакомая Метка. — Приветствую тебя во Внутреннем круге.
— Спасибо.
— И, кстати, не подскажешь, что находится в трости Люциуса?
— Гарри, она цельная! — Драко смотрит на меня с удивлением.
— Не знаешь? Это — хорошо. Дафна?
— Вяз и жила из сердца дракона.
— Хорошо. Драко, напишешь отцу, и спросишь его — так ли это?
