- Бригада Кровавого Инта? – уточнила Миа. Я кивком подтвердил. Те, кто только ступают за грань закона – обычно обожают громкие и пафосные названия. Те же, кто поопытнее – предпочитают не называться никак. Кому надо – те их и так знают. – Так… где оно тут… - пробормотала девочка, перебирая кристаллы с донесениями Рассвета. Я залюбовался радугой из драгоценных камней, парящих над головой Миа, перемещаясь по одной ей ведомым траекториям. – Ага. Вот. Вот этого… - над ладонью девочки возникла голограмма некрупного чиновника из отдела «неправильного использования маггловских артефактов» - …сливаем Артуру Уизли. И партия ковров-самолетов, уже доставленная из Персии, но еще не переданная заказчикам, накрывается звонким медным тазом. А вот это заведение… - следующий кристалл раскрывается изображением небольшого паба в Ист-Энде, - …пусть навестит Трикси. Можно с Антонином. Она давно жаловалась на скуку. Заодно – и развлечется. Ну, а потом уже можно будет и намекнуть старому Корбину, что иметь дело с настолько ненадежными контрагентами – прямо-таки унизительно. Драко? – она посмотрела на нашего дипломата.
- Папа давно уже жаловался на «мелких отморозков и беспредельщиков, нарушающих спокойное течение жизни», и «не умеющих нормально вести дела», - отозвался наш дипломат. – Думаю, я смогу договориться, чтобы уважаемые люди, - последние слова блондин произнес с явным налетом сарказма, - поняли все правильно.
Паб «На рогах» бы одним из многих заведений Ист-Энда, укрытых от нежелательных посетителей магглоотталкивающими чарами. Разумеется, благовоспитанные маги старались не упоминать о том, что заходили под вывеску, изображающую развеселого матроса, потягивающего эль из огромной кружки, сидя прямо на рогах разъяренного быка. Но среди чистокровной молодежи посещение этого паба считалось чем-то вроде посвящения в клуб, демонстрацией собственной крутости и готовности пренебречь мнением и запретами старших. Так что, разумеется, данное заведение было знакомо и мне, и Антонину. В свое время мой новый муж, тогда еще даже не надеявшийся обрести этот статус, сдерживая приступы хохота, пояснил мне, что в русском языке выражение «на рогах» означает состояние сильного опьянения, что, в целом, соответствует направленности данного заведения.
И вот сегодня я, уже давно не «молодая и беспутная девица» возвращаюсь в этот паб, правде не по собственному капризу, а по заданию главы Дома. Кое-какие постоянные посетители паба вызвали его неудовольствие, каковое и надлежит недвусмысленно продемонстрировать.
Внутрь я вошла, с размаху пнув висящую на одной петле дверь. Впрочем, отец рассказывал, что в таком состоянии эта дверь пребывала, еще когда он несмышленым мальчишкой захаживал сюда, чтобы доказать свою взрослость и немеряную крутизну… и, несомненно, пребудет еще долгое время.
- Итак, уроды, - произнесла я, прижав к губам кончик палочки, - кто тут из банды идиота, именуемого «Кровавым Интом»?
- Лестрей… - начал было произносить смутно знакомый волшебник в поношенной мантии, явно представитель городского «дна», среди которых мне еще до падения Темного лорда приходилось набирать дебилов для самоубийственных акций, на которые не хотелось разменивать более ценных бойцов.
Впрочем, кем бы он ни был, а реакция на родовое имя бывшего мужа у меня наработана до автоматизма. Взмах палочки, и недоговоривший рухнул на грязный пол, поливая его кровью из многочисленных ран. Все-таки молодой Северус – неплохой маг, раз сумел еще в школе составить такую прелесть, как сектумсемпра. Нет, вообще-то я и «аваду» невербально могу… Но мне нужна не мгновенная смерть, а чтобы эффектно, впечатляюще… и чтобы помучался. Вторым взмахом я бросаю «вулмера сантетум», единственное заклятье, способное закрыть раны от сектумсемпры. Вот только… кровотечение, конечно, прекратилось, и раны, вроде бы, зажили… Но вот последствия внутренних кровотечений, вызванных подлинно темным заклятьем, так легко не убрать. Нет, если его быстро-быстро (счет идет на минуты) доставят к мадам Помфри… или, хотя бы – в Мунго, то, может быть, и выживет. Но ведь раны – закрылись, зачем его тащить ко врачам, которые потребуют платы за исцеление? А то, что он потом сдохнет… так ведь это будет «потом».
- Госпожа Беллатрикс… - бармен уже спешил ко мне, сгибаясь пополам в поклоне, как будто его переломили пополам в районе поясницы.
- А, Джонни… - узнала я бармена, который наливал еще папе, когда они приходил сюда покутить. – Давай, расскажи мне, где прячется этот кретин, который на Национальном конкурсе кретинов занял бы второе место?
- А почему – «второе»? – прошептал как-то из успевших спрятаться под столами, но я услышала.
- Потому что – кретин! – ответила я. – Так где тот, кто додумался наехать на главу моего Дома?
- Но ведь… - начал было кто-то, но вовремя подавился, увидев, как моя палочка пошла во взмах в его сторону.
