— Сопляк, — выговорил бывший начальник, смахивая выступившие слезы. — Знаешь, очень хочу увидеть, как тебя прихлопнет хорошенько этой твоей справедливостью.
— Не увидите, — убежденно заявил Стефан — и тоже усмехнулся. — Можете даже не рассчитывать. Жизнь в гетто никогда больше не будет прежней. Я об этом позабочусь.
— Ну-ну, — хмыкнул Накамура. — Наивный идиот. Даже жаль немного, что я не увижу, как ты сам будешь смотреть — во что превращается жизнь в гетто. Хотя я, наверное, рад, что мне не придется смотреть, во что вы ее превращаете, — он покачал головой. — Не для того я всю жизнь горбатился, чтобы теперь увидеть, как все обращается прахом. Из-за горстки недоумков. Как это обычно и бывает, — он смолк, плечи поникли.
Стефан угрюмо молчал.
Ну, а чего он ждал? Раскаяния, сожалений о содеянном? Смешно! Такие не раскаиваются и не сожалеют.
— Черт с вами, — заключил он наконец, поднимаясь. — Не мне решать, как с вами поступить. И хвала всем богам! То, что вы вытворили по указке этих упырей из Сан-Винга… это все бессмысленно, — он вышел.
Бывший начальник остался в допросной. Пусть с ним ребята Германа разбираются. И с ним, и со всеми остальными — включая нескольких шишек из Сан-Винга.
Все-таки Сан-Винг — не Ядро. И перехватить контроль над ним оказалось несравненно проще. Видимо, этого руководители «на самом высшем уровне» не учли. Поделом им!
*** ***
— Так ты останешься с нами? — осведомился Герман. — Ты не обязан — мы не предлагаем зарплат, как у топов в корпорациях. Мы вообще ничего не обещаем, — он кинул взгляд на Сару. — Мы здесь все — не ради выгоды, а ради, — он запнулся.
— Ради справедливости, — подсказал Стефан. — Нет, я не так выразился, — тут же поправился он. — Ради того, чтобы… жизнь стала не такой беспросветной, как до этого.
— Ну, что-то вроде того, — Герман кивнул. — Кан, как придет в себя, снова будет с нами. Но с энергоснабжением нужно что-то делать.
— Да не так-то все страшно, как кажется на первый взгляд, — парень поморщился. — Ну да, снесли они кабеля, превратили их… в натуральное месиво — по-другому и не скажешь. Мы сейчас можем провести временные линии. Напрямую от Спотов — ко входам в городские кварталы. А уж потом, после того, как снабжение восстановится, без спешки заняться ремонтом линий, прилегающих к гетто и Сан-Вингу. Они получат снабжение последними — но руководство Сан-Винга само так решило.
Он смолк, сообразив, что сказал. Руководство Сан-Винга — это одно. Но пострадают-то простые рабочие гетто! А им и так скверно приходится.
— Люди в гетто, — прибавил он. — Им нужно помочь… они не виноваты в решениях, которые бездумно приняли их начальники.
— Я понял, — отозвался Герман. — Думаю, мы сможем найти нужные материалы в том же НЗ, — кинул взгляд на Сару.
Та кивнула.
— А тебе придется все это координировать, — перевел взгляд на Стефана.
— Я займусь, — тот решительно кивнул.
Что ж, это привычно. Обыкновенная рутина — ничем не отличающаяся от той, что была в гетто. Найти материалы для временной замены линий, провести их в ускоренном порядке. Составить поэтапный план ремонта нормального энергоснабжения.
Еще придется эвакуировать частично людей из гетто — хотя бы женщин и детей. Их нужно будет где-то разместить…, но с ресурсами организации, захватившей контроль над внешним городом, это становилось делом техники. К тому же люди быстро вернутся в свои дома, в родные районы. В конце концов, возврата к прежней жизни не будет. Для рабочих энергетических гетто все будет по-новому. Другие условия работы, другие условия по оплате. Кто-то уедет оттуда — но многие останутся.
— Ладно, — заговорил Герман и смолк — хлопнула дверь палаты.
Появившийся врач настойчиво выпроводил их с Сарой прочь. Пациенту — заявил он — требуется отдых, а не пустой треп. Протестов Германа слушать не стал.
— Самовольщики наши приехали — ждут, когда мы с ними разберемся, — поведала Сара, когда оба очутились в коридоре. — Может, и к лучшему, что Герман пока лежит в палате. Этот доктор наркманов вроде приятельствует с ним. Как бы склоки не вышло.
— Ну, пошли с ними разбираться, — Стефан усмехнулся.
Как бы то ни было — жизнь налаживалась. Отряды бойцов возвращались на базу, связь худо-бедно восстановили. Вернулась Рахиль — что бы ни говорила Сара, а Стефан точно знал, что она переживала за сестру.
Самой сложной проблемой оставались варварски изуродованные линии энергоснабжения. Но и решение этой задачи — вопрос времени.
А еще — ему, похоже, в ближайшее время не придется убираться с базы и искать себе пристанище в городе. Неохота было признаваться самому себе — но это успокаивало. И заниматься придется все тем же, чем и в гетто — электросетями. Кажется, он за двенадцать лет сросся с ними, так что и не представлял без них жизни. Потерянным себя ощущал при мысли, что придется заниматься чем-то другим. Даже смешно немного.
Как там Герман его назвал — неудачник?
