— Но шоггот с ними, с волусами, п-хх, — совсем натурально издал шипящий звук Троцкий, — а вот вы бы за языками следили, а? — пожурил искинт. — Это Тзинч знает, что кроме нас никто больше происходящее в Вечности не прослушивает, а вы — нет. И тебе, Т’Сони, как прихвостню Теневого Брокера, особое фи.
Молодая асари поникла, признавая за собой «косяк,» а фиолетовая, наоборот, встрепенулась и приняла боевую стойку базарной бабы — руки в боки, а могучий бюст напролом. Был бы Лев Давыдович органиком, наверняка проняло бы.
— Между прочим, Щитт говорит что хочет, где хочет и кому хочет. А на нас, таких красивых, почему-то наезды. Что за дискриминация по расовому признаку?
— Тормоз у нас вообще-то отнюдь не гигант мысли, — признал фальшивый колобок.
Впрочем, признал он сам себе, недурные идеи в его склизкое подобие процессора приходили. Например, совсем недавно, человек поинтересовался у аватара общности, все ли станции роя Дайсона оборудованы щитами и маневровыми двигателями, а получив отрицательный ответ, спросил, что будет если какой-нибудь м. дак агрессор прямо на выходе из ретранслятора обстреляет инфраструктуру крейсерским или даже фрегатским калибром… Общность подвисла и резко выделила ресурсы на резервные сервера. А некоторые разумы, вообще, предлагали отбуксировать реле в одну из точек Л2, например в тени Кадди, под прицелы орбитальных крепостей и планетарных орудий. И, кстати, эта идея действительно рассчитывалась. И, конечно же, Общность искала способы перехватить управление артефактом Жнецов.
— Но о нём мы заботимся и хвосты подчищаем, — закончил искинт.
— И с чего такая забота? — скептически поинтересовалась синекожая. Ведь мысли о Монстро-Щитте нет-нет, но всё же периодически возникали в её симпатичной голове.
— С одной стороны мы в ответе за тех, кго приручили, — сказал Лев Давыдовыч, — а с другой он как-никак один из нас.
— Как так? — удивилась Карна, — мозг же вполне органический. Я когда с ним трахалась то чувствовала, есть за что зацепиться.
— Папа! — возмутилась Лиара, но её никто не слушал.
— Ответ на твой вопрос нетривиален, — пояснил синтетик, — с одной стороны да, большенство нейронов и прочего органического бардака на месте… Но с другой стороны присутствует глубокая интеграция с сопроцессором и программами гет. Он действительно уже гибрид, а не чистый органик либо синт.
— Всё же я была права! — победно воскликнула дева, — он этот… как его… Nevedomaya Yubanaya Huinya!
— Ну уж нет, — усмехнулся Троцкий, — НЕХ это я, или Тзинч. Тормоз же прост, как гладкое многообразие с конечным числом измерений.
— Га? — набычилась матриарх, — если что, я в голову кушаю.
— Я же говорю, просто, — отмахнулся искинт, — вложение из упрощённого пространства это гомеоморфизм, и координаты заданные любым из топологических атласов дифференцируются любым другим атласом в районе их пересечения. Всего и делов то, не забывать про кодифференциалы и звезду ходжа.
— Это будет долгий день, — простонала археолог-гуманитарий, и выругалась на протеанском, — сто фалиосов мне в пуге!
***
— Сто фалиосов вам в пуге! — выругался Явик и веско добавил, — каждому! Мы эти винтовки ручными фабрикаторами на коленке делали, буквально из говна и палок. А у вас хоть и паршивая, но индустриальная цивилизация. Схемы есть, образец есть. Если через пять дней не будет значимого прогресса, я буду ходатайствовать о расстрелах. Работать, примитивы!
Протеанин раздражённо отключил соединение. Расы этого цикла, мягко говоря, раздражали. Если турианцы ещё хоть как-то походили на нормальное государство, то от остальных хотелось блевать. Особенно разочаровали асари — получив все преимущества на старте, тётушки лениво сидели на откормленных седалищах и потихоньку проедали наследие предтеч.
— Тяжко? — подала голос «чёрная бухгалтерша.»
Призрак прошлого излечился от хандры, но было бы трудно сказать, что бытие его куратором изменилось в лучшую сторону. Реликт предыдущего цикла был желчным, едким, полным сарказма и пессимизма.
— Я не шучу насчёт расстрелов, — заявил он. — На носу Жатва в которой их всех будут убивать, а эти кретины что-то лопочут про «маржу,» «профсоюзы,» и «авторские права.» Кстати, что это такое?
Бывшая спецназовец с удивлением посмотрела на Явика, но всё же ответила.
— Маржа, это основа экономической прибыли, профсоюзы это объединения трудящихся с целью коллективного отстаивания их интересов, авторские права… это нае. алово. Не уверена, как именно оно работает — не хватает образования, но однозначно нае. алово.
— Примитивы-самоубийцы, — фыркнул гордый представитель херренрассе.
— Ой, можно подумать, вы сильно лучше были, — такими темпами разговор обещал скатиться в очередную перепалку.
