Шульц сказал, что департамент шерифа уже забрал отсюда все документы, чтобы просмотреть его клиентов. Интересно, говорила ли ему Элизабет, что одного из клиентов Филип считал убийцей? Кто теперь знает… Расписание. Я должна посмотреть его расписание. Кто приходил к нему на той неделе?
Я поискала календарь на столах секретаря и самого доктора. Ничего. Потом открыла шкаф в его кабинете и включила свет. Вуаля! На дверце висел большой месячный календарь.
На той неделе Филип встречался с генералом Фаркуаром, Аделью Фаркуар и Джулианом Теллером. А за день до смерти обедал с Визи Харрингтон.
Заснуть я не могла. В сотый раз прокручивала в голове безумные виражи «БМВ» Филипа и всю ту кошмарную гонку. Только теперь в картинку добавлялись детали: он потерял зрение. Это все объясняло.
Ну, почти все. Причина? Из-за неочищенных от пероксида линз? Могли ли линзы быть неочищенными случайно? Разум подсказывал, нет. А тут еще пациент-убийца! Или не пациент? Элизабет же только предполагала…
Кто ослепил Филипа? Переживания заставляли Джулиана проявлять враждебность. На встрече с доктором генерал и Адель, должно быть, пытались помочь бедному тинейджеру. У Визи есть своя нелегкая задача: защитить землю и вернуть заблудшего муженька. И, разумеется, был еще Брайан Харрингтон — передовой застройщик и, возможно, также ревнивый супруг.
Как все связать? Психотерапевты хранят о своих пациентах записи. Но Шульц забрал все бумаги Филипа, так что их содержание — тайна. Арч тоже ходил к врачу, когда пытался уйти от реальности, подменяя ее ролевыми играми. Во время наших встреч (мы с сыном посещаем доктора вместе раз в месяц), психотерапевт постоянно заглядывает в свои записи. Но что они там пишут? На что учат обращать внимание в этих школах для мозговедов?
В дополнение (как любят говорить профессора) стоит отметить невозможность подойти к проблеме с другой стороны. Да, я залезла в офис к Филипу. Да, я там все обыскала и нашла календарь. Уверена, полиция тоже его видела. Но Шульц никогда не разрешит мне заглянуть в бумаги. Конечно, я его подруга, доверенное лицо… Но ведь есть границы.
Когда я упала на кровать, перед глазами встали картины: Филип и Адель, Филип и Элизабет, Филип и Джулиан, Филип и Визи. Особенно последняя… Как они разрабатывают план действий по заключению сделки с окружной администрацией. Или, возможно, играют еще в какие-нибудь игры? Об этом размышлять не хотелось.
Только чтобы заснуть, вопреки всем трансцендентным учениям, я начала повторять мантру. Плюс ранний рассвет с его усыпляющим эффектом, и я впала в глубокое забытье, облако которого рассеялось, лишь когда в семь утра включилось радио.
Пришлось нажать на все подряд, чтобы выключить битловские рок-н-ролльные крики. Арч все еще спал. Я отключила датчик движения. Спотыкаясь, добрела до телефона в кухне и, повиснув на трубке, задумалась, можно ли употреблять чистый кофеин. А потом, не глядя, с усилием вдавливала кнопки, чтобы дозвониться до ранней птички Шульца.
