Негласное соревнование, которое началось между старшими подругами, продолжалось и между младшими. В период тотального дефицита выделиться было непросто, но Маниной маме удавалось урвать интересные вещи для дочери и себя. Когда работаешь в одном магазине, а родная тётка – в другом, шансы приобрести эксклюзив без очередей, талонов и драк резко возрастают. Но как только Маня или мама появлялись в обновках, у Тётьлены включался охотничий инстинкт. Её натура требовала догнать и перегнать Америку, срочно найти такое же или даже лучше, чтобы Катенька выглядела как Манин клон – в том же платье, в тех же гольфиках, с той же куколкой, книжкой, прической. Собственно говоря, эта гонка началась еще шесть лет назад, когда Тётьлена забеременела Катенькой «за компанию». Манера двигаться по проторенной подругой дорожке быстро прижилась.
– Нету ведь, мама? Такой помады, как у нас с тобой, у Тётьлены нет? – Девчушка теребила маму за руку, словно желая ускорить ответную реакцию. Но мама лишь пожала плечами.
– Они всегда как обезьянки, все повторяют за нами, да? – не унималась Маня.
– Цыц, Машка, это уже лишнее! – вдруг нахмурилась мама. Её и саму раздражало поведение под копирку, но воспитывать в дочери неприязнь на этой почве не хотела. Иначе бы уже рассказала, что Маня вообще-то целую неделю была Катей, пока не родилась доча Тётьлены. Последняя имени более подходящего, чем Катенька, для своего чада не нашла. Пришлось Екатерину Лебединскую переименовывать в Марию. Хорошо, что свидетельство не успели получить.
