Шопоголик и Рождество полностью

– То есть попросту меня слить, – в ярости шипит она. – Как ты там сказал? «Может быть, после Рождества?..»

– Я тебе объяснил, что со дня на день уезжаю в деловую поездку и буду недоступен, – невозмутимо отвечает Люк. – Но в новом году я готов буду тебя выслушать и подсказать несколько направлений…

– Ах, направлений… – передразнивает она так свирепо, что меня невольно пробирает дрожь. По-моему, эта женщина не в себе. А у моей Минни сегодня день рождения, и я не желаю стоять тут и тратить на нее время.

– Надин, нам пора, – говорю я. – Мы вообще-то заняты, – оборачиваюсь за поддержкой к Люку, и он кивает.

– Я по-прежнему не отказываюсь переговорить с тобой по телефону в означенное время, – говорит он, – но сейчас тебе лучше уйти.

Несколько секунд все молчат. Грудь у Надин вздымается все сильнее. Такое ощущение, что тугой пиджак на ней вот-вот лопнет. Все это было бы даже забавно, если бы она не глядела на нас так злобно.

– Зачем, по-вашему, мы сняли этот чертов коттедж? – неожиданно выпаливает она. – Чтобы познакомиться с вами.

– Что? – ахаю я.

– А ты как думала? Что нам по кайфу жить в этой богом забытой дыре?

– Прошу прощения! – возмущенно взвиваюсь я, но Надин уже не свернуть.

– Как-то раз мы с Крейгом болтали о наших бывших. Он вспомнил, что в университете встречался с Бекки Блумвуд. И меня осенило: разве это не та девица, что вышла замуж за Люка Брендона? Выходит, у меня есть возможность познакомиться с Люком Брендоном через личные связи! Так, может, это мой шанс? Я ведь уже писала в твою компанию, – объясняет она Люку. – И какой-то мерзкий холуй дал мне от ворот поворот.

Мамочки! Да она сталкерша!

– Надин, тебе пора, – сдержанно говорю я. – Сегодня день рождения Минни. У нас полно гостей: друзья, родственники.

– Вот оно что, – она резко оборачивается ко мне. – Твои драгоценные родные и близкие.

– Да, – решительно отвечаю я. – Мои драгоценные родные и близкие.

Надин по очереди окидывает нас злобным взглядом – и, кажется, сдается.

– Как жаль, что я помешала вам веселиться, – саркастическим тоном произносит она. – Хорошего вам дня! И классной жизни!

Затем она разворачивается и топает по дорожке прочь, а мы с Люком молча смотрим ей вслед. Меня всю слегка потряхивает.

– Вау, – произносит Люк, когда она скрывается из виду. Из меня же словно весь воздух выпускают.

– Твою бога душу…

– Такого я не ожидал, – задумчиво бормочет он.

– Да кто мог такое ожидать? – выдыхаю я. Несколько минут мы оба молчим. А затем я, вся красная от смущения, оборачиваюсь к Люку. – Боже, Люк, прости меня, пожалуйста. Не нужно было знакомить тебя с Крейгом, не нужно было впускать их в нашу жизнь…

А мысленно добавляю: и одеваться в отвязные шмотки, чтобы понравиться бывшему парню, тоже было не нужно.

– Не глупи! – удивленно отзывается Люк. – Как ты могла предугадать, что этим кончится? К тому же она ушла. Все позади.

Он такой рассудительный, справедливый и невозмутимый, что меня снова накрывает волной любви к нему. Наш брак – это скотч для одежды, который сидит крепко-крепко и никогда не отклеится, никогда! Я обнимаю Люка, смотрю на него с обожанием и в порыве чувств внезапно выдыхаю:

– Обожаю твои усы!

Так, минуточку! Это еще откуда взялось?

– Правда? – кажется, Люк таких слов совершенно не ожидал и очень тронут. – О, дорогая моя.

Он целует меня, а я еще крепче к нему прижимаюсь, но в голове у меня уже зудит: «Погоди-ка! Зачем ты это сказала?»

Теперь он никогда их не сбреет. Чем я думала? Меня просто так переполняла любовь, что слова как-то сами собой выскочили.

Мы отрываемся друг от друга. Лицо у Люка сейчас такое открытое.

– Родная моя Бекки, – говорит он и нежно проводит пальцем по моей щеке. – Я люблю тебя.

– И я тебя люблю, – выдыхаю я в ответ.

Может, стоит ввернуть: «Но насчет усов я погорячилась»?

Нет. Нет. Плохая идея.

Наконец Люк разворачивается к входной двери.

– Что ж, пойдем к гостям, – говорит он. – Давай не будем никому рассказывать об этом инциденте? Если спросят, скажем, что приходили из благотворительной организации.

– Конечно, – охотно соглашаюсь я. – Отличная идея. Все и так на нервах.

Хочу еще спросить: «Как тебе Фло?», но нам пора к гостям, к тому же, думаю, ответ я и так знаю.

Люк подбирает поднос с разложенными по тарелкам кучками торта, разглядывает их, а потом говорит:

– Что ж, не сомневаюсь, что это все равно вкусно.

И сердце мое мгновенно тает. Боже, он такой добрый. Просто отличный муж. Ни за что не скажу ему правду про усы, – клянусь я себе. Я вот что сделаю… Внушу себе под гипнозом, что усы мне нравятся. Точно! Отличный план. Надо погуглить, как это делается.

Я как раз собираюсь открыть дверь в гостиную, когда мой мобильник начинает трезвонить. Да что ж такое! Можно мне спокойно отпраздновать день рождения дочери? Поначалу не хочу брать трубку, но, взглянув на экран, вижу высветившееся имя «Эдвин».

Хмм… Пожалуй, лучше ответить.

– Две секунды, – виновато произношу я. – Это… кое-что по поводу Рождества.