– Мы с ней обе будем на церемонии вручения наград Актерского общества в пятницу вечером. Могу достать вам билеты. Даже вам обеим – по приглашению на два лица. Там обычно интересно.
– Спасибо! – Я с восторгом оглядываюсь на Сьюз. – Огромное спасибо!
– Мою подругу зовут Синди. – Эйприл пишет фамилию на листе бумаги. – Она там будет со своей новой клиенткой. Заодно и с ней познакомитесь, может, как раз ее вам Синди и поручит.
– Ого! – Я забираю листок. – Спасибо! А кто эта клиентка?
– Лоис Келлертон.
Я холодею. И отчаянно стараюсь не подавать виду, что заметила широко распахнувшиеся глаза Сьюз.
– Что такое? – Эйприл чувствует заминку. – Вы знаете Лоис?
– Нет-нет. Ни капельки. Никогда ее не видела. Откуда мне знать Лоис Келлертон? – Я неестественно тоненько хихикаю.
– Понятно. Нет, Лоис чудесная, – говорит Эйприл. – Мы с ней тоже дружим. Вообще-то мы соседки. Живем на Доэни-роуд с незапамятных времен. Вы с ней поладите.
Впервые кто-то при мне называет Лоис чудесной.
– Что такое? – недоумевает Эйприл, уловив мое удивление.
Я знаю, что нужно держать язык за зубами, но это выше моих сил.
– Просто… мне говорили, что у Лоис сложный характер. Вроде бы у нее сейчас из-за этого даже съемки расстраиваются?
Эйприл вздыхает.
– Обидно, что о ней сложилось такое мнение. Она замечательный человек. И фильм у нее будет замечательный. Про первых спортсменок, с документальными кадрами Олимпийских игр. Очень здорово придумано. Но без накладок не обходится, сами понимаете, накладки случаются на любых съемках.
– Простите, – смущаюсь я. – Я не хотела… Просто слышала краем уха…
– Знаю. – Эйприл с досадой роняет руки. – О ней все так говорят. Просто она слишком умна, высоко держит планку и ни перед кем не стелется. Но вы с ней сработаетесь, обязательно.
Услышав сигнал входящего сообщения, Эйприл тянется за телефоном.
– Простите, мне пора. Оставьте моей помощнице адрес, я перешлю приглашения. А вас я не гоню, отдыхайте сколько хотите.
Она уходит, шлепая уггами по ступенькам, а мы со Сьюз только переглядываемся молча.
– Лоис Келлертон. – Сьюз наконец обретает дар речи. – Боже мой, Бекс…
– Знаю. – Я тру лоб. – Ну и дела.
– И что ты ей скажешь? В смысле, насчет… Ну ты поняла.
– Ничего не скажу. Ничего не было, ясно? И тебе я, между прочим, тоже ничего не говорила.
– Да-да, – с жаром кивает Сьюз. – Слушай, а Люк? Как ему понравится, что ты собираешься встретиться с Лоис? Они ведь с Сейдж заклятые соперницы? А ты вроде в команде Сейдж…
Черт. Совсем забыла в суматохе. Я тянусь за энергетическим батончиком, лихорадочно соображая, как быть. Ну да, положение не из легких. Если бы я могла выбрать любую другую знаменитость, я бы выбрала. Однако такой уникальный шанс упускать нельзя. Просто нельзя.
– Люк поддержит меня в любом начинании, – наконец говорю я с несколько наигранной убежденностью. – Мы не обязаны оба входить в команду Сейдж. У нас будут эти самые, китайские…
– Печенья? – хлопает глазами Сьюз. – С предсказаниями?
– Да нет же! – смеюсь я. – Китайские стены. Принцип, позволяющий разделить сферы, чтобы избежать обмена коммерческими тайнами.
– Стены? – сомневается Сьюз. – Не нравится мне такой подход. В семье не должно быть никаких стен.
– Они не настоящие. Они в переносном смысле.
Сьюз это не убеждает.
– Все равно плохо. По-моему, вы должны быть на одной стороне.
– По-моему, тоже. Но что мне делать? Я пробовала подобраться к Сейдж – ее мои услуги стилиста не заинтересовали.
– Тогда найди другую знаменитость.
– Кого? Что-то они ко мне в очередь не выстраиваются, – огрызаюсь я (отчасти потому что Сьюз на самом деле права). – Ничего, все образуется. Как в том фильме, где муж с женой выступают противниками в суде, а дома у них любовь и согласие.
– В каком фильме? – подозрительно щурится Сьюз.
– Э-э… Ну в этом. Ты наверняка помнишь.
Ни за что не признаюсь, что фильм выдумала для пущей убедительности.
– Как называется? – не отстает Сьюз.
– Какая разница, как он называется? Сьюз, я в Голливуде первый и единственный раз в жизни. Я должна хотя бы проверить, смогу ли пробиться в стилисты. – Только теперь я сознаю, насколько для меня важен этот шанс и как уязвляли меня все предыдущие неудачи. Наконец-то мне представилась реальная возможность закрепиться. – Люк поймет. С ним я как-нибудь улажу. Все будет хорошо.
