– Да, все хорошо. Только мама умудрилась дать интервью «Дейли уорлд». Ничего страшного, – поспешно добавляю я, видя ужас на лице Люка. – Я велела ей больше никому не говорить ни слова.
– Что ж, – вздыхает Люк. – Теперь уже ничего не поделаешь. Я написал заявление, через час-другой опубликуем. Перешлю юристам Арана, пусть проверят на лазейки. Если не хочешь смотреть кино, может, в ванне полежишь? Отвлечешься от шумихи.
– Вообще-то мне нужно кое-куда съездить, – как можно более буднично говорю я.
– Съездить? – Люк смотрит на меня как на умалишенную. – Куда это?
– Выполнить одно папино поручение. Я обещала поискать его старого приятеля Брента Льюиса. Помнишь, он просил?
– Помню, да… Но обязательно сейчас?
– Почему бы нет? – с вызовом отвечаю я.
– Потому что – посмотри на этих стервятников! – Люк кивает на окно. – Они накинутся на тебя, едва ты выйдешь за ворота.
– А может, мне все равно? Может, мне сейчас важнее заняться папиной просьбой? С какой стати пресса должна диктовать мне, как жить? – Я постепенно распаляюсь. – С какой стати я должна сидеть затворницей? Я что, под арестом?
– Да нет, какой там! – раздраженно отмахивается Люк. – Просто, мне кажется, сегодня не стоило бы…
– Люк, я дала папе обещание! – заявляю я твердо. – И я его выполню, чего бы это ни стоило. И никто меня не остановит, ни ты, ни пресса – никто!
– Хорошо, – говорит Люк после паузы. – Как знаешь. Но тогда сразу прыгай в машину и отъезжай. С журналистами не общайся.
– Не буду.
– Даже если будут провоцировать, не реагируй. – Он качает головой. – Бекки, мне все-таки кажется, лучше бы тебе отсидеться.
– Люк, – дрогнувшим голосом начинаю я. – Ты не понимаешь. Я должна. Ради папы. Ради себя. И ради всех нас.
Не дав ему уточнить, что я имею в виду (сама не знаю), я устремляюсь вверх по лестнице, гордая и неприступная, как воин перед битвой. Между прочим, не так уж далеко от действительности. Мне и вправду нужно победить. Это мой шанс. Мой золотой голливудский билет, один на миллион.
Господи, что же мне надеть?
Вот. Час времени, три зеркала, сотни две снимков на телефон – и идеальный «непринужденный, но крутой» наряд для появления перед прессой готов. Великолепно сидящие белые капри от Стеллы Маккартни с маленькими «молниями» внизу. Туфли «Дольче и Габбана» на высоченном каблуке и броская ярко-розовая туника «Джей Крю». И гвоздь программы – очумительные солнечные очки, найденные в том же магазине, где и пресловутый винтажный клатч. Это «Миссони», тоже винтажные, в расписанной зелено-розовыми завитушками оправе. Знаковая вещь, которую невозможно пропустить. Они точно дадут повод для обсуждения.
Главное теперь – принять красивую позу, когда буду открывать дверцу машины. Да. И повторять: «Пожалуйста, никаких вопросов, я просто еду по своим делам».
Я снимаю бигуди-липучки, подкрашиваю губы напоследок и окидываю критическим взглядом свое отражение в зеркале. Хорошо. Пора идти, пока журналисты не утомились и не разъехались. Люк уже отбыл вместе с Араном к Сейдж, и я слышала, как накинулись на них репортеры. Теперь моя очередь. Я чувствую себя гладиатором перед выходом на арену.
Адрес Брента Льюиса я выяснила по цепочке из целых шести звонков. Конечно, координаты, которые выдал мне папа, давно устарели, семья Льюиса там не живет. Но у нынешних жильцов нашелся телефон его матери, а по тому номеру мне сказали, что она переехала в Пасадену, а там – что во Флориду, и так далее, пока не оказалось, что она умерла семь лет назад. Но к этому моменту у меня уже имелся телефон его сестры Лии, и у нее я наконец раздобыла нынешний адрес Брента – какая-то резиденция «Сияющие холмы» на Сан-Фернандо-роуд. Судя по карте, это где-то на отшибе, я там еще ни разу не была. Но ничего. У меня есть навигатор.
Минни играет на подвальном этаже в какой-то футбол без правил с Клиф-Стюартами. Заглянув в комнату, я бросаю невзначай:
– Отъеду ненадолго по делам. До скорого!
– Дай очки! – тут же кидается ко мне Минни, углядев винтажные «Миссони». – Да-а-ай!
– Минни, мы не кричим «дай», – говорю я строго.
– Можно? – исправляется Минни. – Мо-о-ожно!
– Нет, милая. – Я целую ее в щеку. – Это мамины.
– Мо-о-ожно! – Минни пытается их сорвать.
– У тебя же есть… – Покрутив головой, я нахожу ее игрушечную сумочку. – Вот.
Минни кривится презрительно.
– Не модно! – выговаривает она четко и швыряет сумочку на пол.
Мамочки. Ничего себе заявления. Я переглядываюсь со Сьюз, и мы потрясенно хихикаем.
– Я ее этому не учила.
– Я тоже!
Я оборачиваюсь на Клемми – та носится в жилетке, нахлобучив на голову какую-то юбочку Минни. Дети Клиф-Стюартов даже слова такого не знают – мода.
– Это Ора! – осеняет меня. – Ее дурное влияние. Так и знала!
– Почему сразу Ора? – вступается Сьюз. – Мало ли кто?
– Больше некому. Минни, сумочка модная. – Подобрав аксессуар с пола, я вручаю ее дочери. – Это вечная классика. И мы не бросаемся сумками, даже если они потеряли актуальность.
– Куда ты едешь? – Сьюз окидывает меня взглядом. – Хорошие туфли.
– Собралась наконец поискать папиного приятеля.
– Ты в курсе, что пресса еще не рассосалась?
