Салли обвела взглядом коридор и нахмурилась, словно расстроилась, что в других комнатах красить нечего. Она не привыкла сидеть без дела, особенно оказавшись непрошеным гостем в чужом доме.
– Свожу, наверное, Билли в город, – сказала она. – Найдем там кафе-мороженое, пообедаем.
– Отличная идея, – согласился Эммет, положив кисточку на край банки. – Давай дам тебе денег.
– Один гамбургер меня не разорит. К тому же миссис Уитни точно не обрадуется, если ты закапаешь краской весь дом.
Пока миссис Уитни внизу делала сэндвичи, Эммет снес все инструменты по черной лестнице вниз (дважды проверив, что подошвы чистые). В гараже отмыл скипидаром кисточки, поддон для краски и руки. А затем пришел на кухню к миссис Уитни – там на столе его дожидались сэндвич с ветчиной и стакан молока.
Эммет сел за стол – миссис Уитни с чашкой чая, но без какой-либо еды опустилась на стул напротив.
– Мне нужно ехать в город к мужу, – сказала она. – Но, как я поняла со слов вашего братишки, машина у вас в ремонте и будет готова только в понедельник.
– Верно.
– В таком случае, оставайтесь на ночь у нас. В холодильнике есть еда – угощайтесь, а утром просто захлопните за собой дверь.
– Вы очень великодушны.
Эммет сомневался, что мистер Уитни одобрил бы это приглашение. Наверняка дал жене понять, что уйти они должны, как только проснутся. И подозрения его только укрепились, когда, словно припомнив что-то, миссис Уитни добавила: если будет звонить телефон, трубку брать не нужно.
Расправляясь с сэндвичем, Эммет увидел в центре стола, между солонкой и перечницей, сложенный лист бумаги. Миссис Уитни заметила его взгляд и подтвердила, что это записка от Вулли.
Утром, когда Эммет только спустился и миссис Уитни сказала, что Вулли уехал, Эммету показалось, что отъезд брата принес ей облегчение – но и обеспокоил ее. Теперь она смотрела на записку, и на лице у нее отразились те же эмоции.
– Хотите прочитать? – спросила она.
– Что вы, я не стану.
– Все в порядке. Вулли не стал бы возражать.
В любом другом случае Эммет снова бы запротестовал, но сейчас он чувствовал: миссис Уитни хочется, чтобы он прочел записку. Положив сэндвич, он достал и развернул листок.
В записке, написанной рукой Вулли и адресованной
Внизу – таинственная приписка: «Капиталы изображали реверанс в теплых водах!».
– Правда будет? – спросила миссис Уитни, когда Эммет положил записку на стол.
– Прошу прощения?
– Все будет хорошо?
– Да, – ответил Эммет. – Обязательно.
Миссис Уитни кивнула, выразив этим, как понял Эммет, скорее не согласие, а благодарность за утешение. Она посмотрела на чай, теперь, должно быть, едва теплый.
– Вулли не всегда был таким бедовым. Да, он был чудаковатым, но все изменилось во время войны. Должность офицера военного флота принял отец, но почему-то накрыло волной именно Вулли.
Она грустно улыбнулась своему каламбуру. Затем спросила, знает ли Эммет, за что ее брата отправили в Салину.
– Он как-то говорил нам, что уехал на чьей-то машине.
– Да, – сказала она со смешком. – Примерно так все и было.
Случилось это, когда Вулли учился в школе святого Георгия – третьей школе за три года.
– Как-то весной он во время уроков решил прогуляться по городу и поискать – только представьте – рожок мороженого. Приехал к небольшому торговому центру в нескольких милях от кампуса и заметил у тротуара пожарную машину. Огляделся по сторонам, не увидел ни одного пожарного и совершенно уверился – как только мой брат и умеет, – что ее там забыли. Забыли, как – даже не знаю – как зонтик на спинке стула или книгу на сиденье автобуса.
Тепло улыбнувшись, она покачала головой и продолжила:
– Вулли захотел вернуть машину законным обладателям, забрался на водительское сиденье и отправился на поиски депо. Он ездил по городу в каске пожарного – так позже сообщали – и гудел всем детям, мимо которых проезжал. Один Бог знает, сколько он так кружил, пока наконец не нашел депо – припарковался там и пошел пешком до самого кампуса.
Теплая улыбка миссис Уитни стала угасать, когда мысли ее обратились к тому, что произошло после.
– Оказалось, что пожарная машина стояла у торгового центра, потому что пожарные зашли в магазин. А пока Вулли кружил по городу, поступил вызов – горела конюшня. К тому времени, как команда из соседнего города приехала на место, конюшня сгорела дотла. К счастью, из людей никто не пострадал. Но в тот день там работал только один конюх, совсем молодой, он не успел вывести всех лошадей, и четыре из них погибли. Полиция проследила путь Вулли до самой школы – и все.
Помолчав, миссис Уитни указала на тарелку Эммета и спросила, наелся ли он. Эммет ответил, что да, и она унесла его тарелку и свою чашку в раковину.
