– Мне все понятно, офицер. Я твердил его родителям: если хотите вернуть его домой, наймите человека, чтобы за ним присматривал. Но что меня слушать? Уборщик.
Полицейский еще раз взглянул на Вулли.
– Хотите сказать, у него с головой не все в порядке?
– Скажем так, что его приемник настроен не на ту волну, что у нас с вами. Он вечно забредает куда-то не туда, а сегодня его мать проснулась утром, видит, что ее машины нет – опять, и попросила найти его.
– Как вы догадались, где его искать?
– У него пунктик насчет Авраама Линкольна.
Полицейский смотрел на меня с сомнением. И я ему продемонстрировал.
– Мистер Мартин, – позвал я. – Зачем вы приехали в парк?
Вулли подумал, потом улыбнулся.
– Посмотреть на статую президента Линкольна.
Теперь полицейский смотрел на меня с нерешительностью. С одной стороны – список нарушений и его присяга поддерживать закон и порядок в штате Иллинойс. Но как тут быть? Арестовать проблемного парнишку, удравшего из дома, чтобы отдать дань уважения Честному Эйбу?
Полицейский посмотрел на меня, потом на Вулли и опять на меня. Потом расправил плечи и подтянул кверху пояс по их обыкновению.
– Ладно, – сказал он. – Отвезите его в сохранности домой.
– Так и сделаю, офицер.
– Но молодой человек, на
– Я им передам.
Когда полицейский отъехал и мы сели в «студебекер», я провел с Вулли небольшую беседу о смысле фразы «все за одного, один за всех».
– Вулли, что будет, если тебя арестуют? И твое имя запишут в протокол? Моргнуть не успеешь, как нас обоих отправят на автобусе в Салину. Тогда уж нам никак не добраться до дачи, и Билли не построит дом в Калифорнии.
– Извини, – сказал Вулли с искренним раскаянием – и зрачки у него были величиной с летающие тарелки.
– Сколько капель лекарства ты принял сегодня утром?
– …
– Четыре?
– Сколько бутылочек у тебя осталось?
…
– Одна?
– Одна! Черт возьми. Это ведь не кока-кола. И кто знает, когда мы достанем еще. Дай-ка мне твою последнюю на хранение.
Вулли покорно открыл бардачок и отдал синюю бутылочку. В обмен я дал ему карту Индианы, купленную у таксиста. Он посмотрел на нее и нахмурился.
– Знаю. Эта карта не «Филипс 66», но лучше не нашлось. Пока я веду, попробуй сообразить, как нам добраться до дома сто тридцать два по Рододендрон-роуд в Саут-Бенде.
– А что в доме сто тридцать два по Рододендрон-роуд?
– Старый друг.
– Смотри, сколько домов, – с удивлением сказал Вулли. – Ты когда-нибудь видел столько домов?
– Домов много, – согласился я.
В Саут-Бенд мы приехали около половины второго и очутились в новеньком районе одинаковых домов и одинаковых участков, вероятно, населенных одинаковыми людьми. Я чуть не затосковал по дорогам Небраски.
– Это прямо как лабиринт у Билли в книге, – с почтением заметил Вулли. – Его хитроумно построил Дедал, и никто не мог живым из него выбраться…
– Тем важнее, – строго сказал я, – чтобы ты следил за дорожными указателями.
– Да, да. Я понял, я понял.
Взглянув на карту, Вулли подался к ветровому стеклу, чтобы внимательнее следить за маршрутом.
– Налево, на Тайгер-Лили-лейн, – сказал он. – Теперь направо, на Амариллис-авеню… Подожди, подожди… Вот она!
Я повернул на Рододендрон-роуд. Все газоны были зеленые и ровно подстриженные, но рододендроны пока еще в проекте. Кто знает. Может быть, так и останутся.
Я сбавил скорость, чтобы Вулли успевал следить за номерами домов.
– Сто двадцать четыре… двадцать шесть… двадцать восемь… тридцать… сто тридцать два!
Я проехал мимо дома. Вулли обернулся назад и сказал:
– Это был он.
Я повернул за угол на первом же перекрестке и остановился у тротуара. На другой стороне улицы толстый пенсионер в майке поливал из шланга траву. Похоже, и сам обливался потом.
– А твой друг ведь в сто тридцать втором?
– Да. Но хочу сделать ему сюрприз.
Наученный опытом, я вынул ключи из зажигания, но не оставил на козырьке, а взял с собой.
– Я на пять минут. А ты сиди.
– Хорошо, хорошо. Но, Дачес…
– Что, Вулли?
– Я понимаю, мы должны вернуть машину Эммету как можно скорее, но как думаешь, нельзя нам навестить мою сестру Сару в Гастингсе-на-Гудзоне до того, как поедем в Адирондакские горы?
Большинству людей попросить о чем-то – раз плюнуть. Попросить огоньку или уделить время. Подбросить по пути или дать в долг. Или пособить, или отдать им что-то за просто так. Некоторые даже просят прощения.
Но Вулли Мартин редко о чем-то просил. И уж если попросил тебя – значит, это что-то важное.
Я сказал:
– Вулли, если ты нас выведешь из этого лабиринта живыми, мы навестим кого хочешь.
Десятью минутами позже я стоял в кухне со скалкой в руке и думал, будет ли ее достаточно. Учитывая ее форму и удобство хватки, она определенно была лучше, чем стандартная доска два дюйма на четыре. Но в скалке есть что-то комическое – это скорее для домашней хозяйки, гоняющейся за мужем-бестолочью вокруг стола.
