Хью продолжал обнимать ее, а Барбара тем временем беззвучно проклинала судьбу. Что ж, она постарается помочь ему стать наследником. И если для этого потребуется обольстить американца… Ничего, она готова и на это!
Прямо под окном застучали копыта, и Барбара высвободилась из объятий Хью, чтобы вновь прилипнуть к стеклу. Она увидела Элизабет, и американца, и Сару Энн, сидевшую в седле вместе с ним, и привязанного к седлу пони. Вся компания проехала мимо окна и направилась к конюшням. Проклятие! Она хотела завоевать сердце девочки нарядами, но… Элизабет, у которой одни только лошади на уме, похоже, нашла более верный путь к сердцу их маленькой гостьи.
Ничего, еще не вечер. Завтра они очутятся в славном городе Эдинбурге, и Барбара докажет, что обладает даром очаровывать не только мужчин, но и маленьких детей.
Американец и девочка забудут о существовании Элизабет. Она, Барбара, сумеет об этом позаботиться!
Сквозь стекло было хорошо видно, как Элизабет ожидает, пока Мастерс спешится и поможет ей сойти с коня. Барбара со злобой отметила, как хорошо сегодня выглядит ее золовка.
Затем с нескрываемым изумлением она заметила, что американец задержал в своей ладони руку Элизабет. Заминка длилась всего секунду, но Барбара была весьма опытна в таких делах. Затем он снял с седла малышку, и девочка тут же бросилась к пони. Элизабет сказала американцу несколько слов и направилась к дому.
Мастерс остался возле конюшни и, отступив немного в сторону, наблюдал за тем, как Сара Энн нежно гладит шею пони.
Барбара наспех поцеловала Хью и повернулась к зеркалу, поправляя сбившуюся прическу. Нужно забежать на кухню за сахаром и пойти поприветствовать пони.
Давно уже Бен не видел Сару Энн такой счастливой. Лицо ее просто светилось от радости, когда она впервые выехала на прогулку верхом на своем пони. Если бы она была в таком настроении почаще, глядишь, вскоре отпала бы необходимость в неизменном шарфе, обернутом вокруг ее шеи. Когда она закончила первую выездку и Бен принялся показывать, как нужно чистить и причесывать пони, рядом с ними возникла Барбара Гамильтон — в фиолетовом платье, поверх которого был наброшен элегантный легкий плащ.
Барбара выглядела просто превосходно. На взгляд Бена — даже более, чем превосходно, и он невольно подумал о том, сколько усилий она должна тратить для того, чтобы выглядеть так. Каждый волосок в ее прическе был тщательно уложен; краски на лице было немного, совсем чуть-чуть, но это «чуть-чуть» было выполнено на уровне настоящего искусства, чтобы как можно эффектнее оттенить глубину фиалковых глаз и белизну матовой кожи. Говорила красавица хорошо поставленным голосом, и казалось, что она каждое утро работает над своими интонациями. Речь ее была плавной и правильной, без малейшего намека на тот неповторимый шотландский акцент, который так нравился Бену в голосе Элизабет.
Чем-то Барбара напомнила Бену одну из его давних любовниц, женщину, которая сначала уговорила его пойти на войну, а затем без раздумий бросила, когда он вернулся раненым домой.
Барбара явилась с щедрыми дарами: яблоком и большим куском сахара для пони.
— Какой прекрасный пони, — сказала она Саре Энн.
— Его зовут Пепперминт, — гордо объявила девочка. — И он — самый лучший пони на свете.
— Бесспорно, — согласилась Барбара. — Я видела из окна, как ты ехала на нем. У тебя здорово получается.
Сара Энн внимательно посмотрела на леди Барбару, и Бен понял, что у девочки еще нет окончательного мнения насчет этой красавицы. Может быть, та должна для этого что-то сделать, как-то проявить себя? Во всяком случае, Сара Энн прониклась благодарностью к Элизабет, когда та помогла им найти Пепперминта.
— Вы можете угостить его яблоком, — милостиво позволила Сара Энн, не без зависти покосившись на угощение в руках Барбары.
— Я думаю, будет лучше, если ты сама его угостишь, — ответила та.
«Она говорит искренне или просто боится запачкать свои шелковые перчатки?» — подумал Бен.
Сара Энн благодарно улыбнулась, взяла яблоко и протянула его Пепперминту. Тот обнюхал его и деликатно откусил — разок, другой…
— Благодарю вас, — с изысканностью леди поблагодарила Сара Энн Барбару.
Закончив с яблоком, пони вновь стал внимательно принюхиваться. Где-то тут есть еще и сахар, его не обманешь!
— Ах ты, маленький обжора! — ласково сказал Бен, а Сара Энн сосредоточенно кивнула.
— Все лошади такие, — с едва уловимым презрением в голосе заметила Барбара.
Сара Энн протянула своему любимцу сахар на раскрытой ладошке и звонко рассмеялась, когда Пепперминт вежливо тронул зубами ее пальцы.
— Я хочу еще покататься на нем, — сказала Сара Энн.
— А я думаю, что для первого дня хватит, — возразил Бен. — Тебе нужно немного отдохнуть, да и Пепперминту тоже. Не забывай, он ведь только что пришел в свой новый дом.
— Тогда я побуду с ним, чтобы ему не было так одиноко.
— Пусть лучше познакомится с другими лошадьми, — сказал Бен. — А завтра утром мы встанем и первым делом навестим его.
— Лучше сегодня вечером, — предложила компромисс Сара Энн.
