Он провел их через две комнаты и длинный холл, прежде чем они добрались до его кабинета. Он работал, прежде чем они его прервали. Горела настольная лампа, несколько книг были открыты.
Он снова сел за стол и указал на расставленные по комнате стулья.
– Миссис Олдуотер в Лондоне, а экономка уехала на весь день. Я мог бы сварить кофе, если хотите?
В обычной ситуации По отказался бы, но он хотел сохранить неформальную беседу.
– Я выпью кофе, пожалуйста, если вы не против, А ты, Тилли?
– У вас есть фруктовый чай, Николас?
– Миссис Олдуотер время от времени выпивает чашку лакричного чая. Будете?
Брэдшоу покачала головой:
– Нет, спасибо, Николас, от лакрицы у меня диарея.
Епископ улыбнулся.
– Совершенно верно, юная леди. Конечно, в моем возрасте у меня нет таких проблем.
– Точно, Николас. Запор – частая проблема пожилых.
По ошеломленно уставился на нее.
– Что? – спросила она, увидев выражение его лица. – Так и есть. Тридцать процентов пожилых людей испражняются менее трех раз в неделю.
По схватился за голову. Затем повернулся к епископу и сказал:
– Иногда лучше не знать, что у Тилли на уме, Николас.
К счастью, Олдуотеру это показалось забавным, и он от души расхохотался. Затем сказал:
– Отлично. Может, тогда я принесу вам кипятка?
– Да, пожалуйста, Николас, – сказала Тилли.
Епископ ушел за напитками для них. По слышал, как он посмеивается себе под нос в коридоре.
По повернулся к Брэдшоу, поднял вверх большой палец и одобрительно кивнул.
– Мило, – сказал он.
– Что именно, По?
– Не важно.
Епископ вернулся минут через пять. У него был полный поднос: кофе, горячая вода и тарелка с печеньем. По потянулся за одним из них. Ах… Сложно выбрать, когда хочешь печенье, но не можешь определиться между сладким и соленым. Он положил одно на край своего блюдца и сосредоточился на превосходном кофе.
По осмотрелся вокруг. Повсюду лежали редкие на вид книги и рукописи. Пролив чашку кофе в этой комнате, он мог нанести непоправимый ущерб; эта ужасная мысль пришла в голову По, пока он и в самом деле держал в руке чашку кофе. Олдуотер понял, куда он смотрит.
– Я скоро выступаю в палате лордов с речью о том, какую роль церковь должна играть в кризисе с беженцами. Я изучал разные прецеденты. Посмотрим, смогу ли я пристыдить правительство, заставив его делать то, что непопулярно, но правильно, а не то, что популярно, но неверно.
– Тогда я постараюсь объяснить все как можно короче, Николас, – сказал По. – Мы здесь по поводу Квентина Кармайкла.
– И что же вы нашли?
Епископ не стал оправдываться, и По понял, что давить на него будет не лучшей тактикой. Если все сделать правильно, епископ может стать союзником. По намеревался ограничить поток информации, но иногда лучше руководствоваться интуицией…
– Я расскажу вам историю о пропавших часах, Николас. Если можно, я бы хотел, чтобы вы выслушали меня до конца.
Олдуотер улыбнулся.
– Похоже, мой вечер будет не таким скучным, как я думал.
Пока По говорил, Брэдшоу временами вставляла комментарии по технической части. Когда они закончили, Олдуотер наклонился вперед и сцепил пальцы. Он задал несколько проницательных вопросов, и у По сложилось впечатление, что епископ все прекрасно понял, а кое-что из их рассказа прояснило часть его давних вопросов без ответа.
– Вы знаете, что Кармайклу эти часы подарил предшественник моего предшественника? Подарок епископу проспонсировало несколько благотворительных организаций, с которыми он работал. Церковь не стала бы тратить такие деньги на безделушки.
По кивнул.
– И вы знаете, что ни полиция, ни церковное расследование не нашли никаких доказательств того, что он растратил деньги.
Рабочая теория По заключалась в том, что Церковь так хорошо скрыла это, что полиция не смогла ничего найти. Если католики могли скрыть жестокое обращение с детьми, то Англиканская церковь, конечно же, могла скрыть и небольшое воровство.
– А, – понял Олдуотер. – Вы думаете, мы защищали свою репутацию?
– Такая мысль приходила мне в голову.
Олдуотер достал из шкафа тонкую папку. Он открыл ее и показал По.
– Вот собственность Церкви, детектив-сержант По.
Это была глянцевая финансовая таблица. Число внизу было ошеломляющим. Это были миллиарды, а не миллионы. По понятия не имел, что Церковь настолько богата.
– Вы удивляетесь, почему я вам это показал?
По хотел сказать, что это должно было продемонстрировать, насколько могущественна его организация, но ответ замер у него на губах. Олдуотер не казался рассерженным. Возможно, дело было не в этом.
– Это не для того, чтобы показать вам, насколько мы могущественны, если вы об этом подумали.
– Мне и в голову не приходило.
– Нет, это чтобы показать вам, как мы хороши. У нас одни из лучших бухгалтеров в стране. Мы не слишком много платим нашему духовенству, и иногда один или два человека сбиваются с пути. Я хочу сказать, мы всегда это выясняем. И когда я говорю, что расследование было расследованием, а не прикрытием, можете принять это как факт.
Церковь ревностно защищает свои инвестиции.
