– За годы, проведенные здесь, сержант По, я присматривала более чем за сотней детей, и не будет хвастовством сказать, что я оказала значительное влияние на их жизнь. Дети ценили дом, который я создавала для них, а также установленные мной границы, и тот импульс, в котором нуждалась их жизнь.
– Похоже, вы были столпом общества, – прокомментировал По.
– Но эти четверо мальчишек… Что ж, некоторые дети просто не хотят, чтобы им помогали. Я предоставила им отличную возможность пообщаться с такими прекрасными людьми. Если бы они меня послушались, то после школы они все получили бы приличное образование.
У этих людей были отличные связи, и они были готовы помочь всем, чем только смогут. Все, о чем я просила ребят – вести себя прилично. И что они сделали? Нет, как только они поняли, что остались без присмотра, то все напились. Как обычные паршивцы. Они не подумали ни о приюте, ни о моей репутации.
– Похоже, они были немного неблагодарны, – добавил По.
– А разве нет? Что ж, не буду скрывать, я спустила с них семь шкур, когда они вернулись. Проклятье, чуть весь дом не перебудила.
– Неужели? – По провел достаточно допросов, чтобы понять, когда кто-то лжет. Гнев Свифт звучал натянуто.
– Да, так и было, – ответила она.
– Значит, они сбежали?
– Именно. Забрали вещи и деньги, которые заработали чаевыми, и поехали на станцию в Карлайл.
– Почему Карлайл? – спросил По. – Пенрит ближе.
Свифт ответила, что не знает. Так ей сказала полиция.
По взглянул на Рида, чтобы узнать, есть ли у него вопросы. Кроме помощи с чаем, тот ни о чем ее не спрашивал. Невероятно, но он начал клевать носом.
Однако По тоже разморило. В комнате было тепло, а вчера они засиделись. И… засыпать в присутствии свидетеля было чем-то новеньким. Его телефон стоял на бесшумном режиме, но завибрировал в кармане. По попросил у Свифт разрешения взять трубку, но нажал кнопку приема прежде, чем она успела ответить. Это была Флинн.
– Что случилось? – спросил он.
– Где ты сейчас?
По взглянул на Свифт. Она улыбалась. Его веки начали тяжелеть. Если он не будет начеку, то скоро присоединится к Риду.
– Я в доме миссис Свифт. Сержант Рид и я приехали минут сорок назад, а что?
– По, слушай меня внимательно. Я тебе кое-что сообщу, но ты никак не реагируй. Понял?
По сказал «да». Он заметил, что его голос стал невнятным, а язык казался толще, чем обычно. Он посмотрел на Рида, который теперь совсем уснул и пускал слюни.
– Монтегю Прайс только что сделал полное заявление. Он отрицает, что он и есть Сжигатель, – сказала Флинн.
– Да, ясно, – ответил По, его мысли путались.
– Ты что-то невнятно говоришь, По. Ты что, пьян? – рявкнула Флинн.
По не ответил. Он
Флинн не стала дожидаться, пока он соберется с мыслями.
– Неважно, у меня нет на это времени. Слушай меня: Прайс признался, что был на судне, но круиз устроили не ради благотворительного аукциона.
– А ради чего же? – По с трудом понимал, что она говорит.
– Ради детей, По, – ответила она. – Проданных детей!
Вот и прорвало.
По взглянул на Свифт, которая странно на него смотрела.
– И, По, Хилари Свифт
– Они с Кармайклом это все и организовали.
По попытался сосредоточиться на женщине напротив. Его зрение затуманилось, и он осознал, что это не имеет ничего общего с похмельем или недосыпом.
Это было что-то другое.
– У нас никого нет поблизости. Тебе и сержанту Риду придется ее задержать. Ты можешь это сделать, По?
По распознал раннее действие снотворного. Он пытался бороться с этим, но у него не было ни единого шанса; он почти сдался тому, чем его опоили.
– Стеф, – пробормотал он невнятно, – черт, она нас чем-то накачала…
Он попытался встать, но упал обратно на диван. Он выронил трубку.
Он смутно слышал, как Флинн кричит в микрофон «Блэкберри»:
– По! По! Что с тобой?
В конце концов ее голос стих, и его глаза закатились. Через десять секунд все исчезло.
По приходил в себя постепенно. Он пытался очнуться несколько раз, прежде чем ему это полностью удалось. Он понятия не имел, сколько времени провел в отключке; несколько дней или минут. Он открыл глаза и попытался сосредоточиться на людях, толпящихся вокруг него.
– Боже, что стряслось? – услышал он голос Рида. – Во рту сушь, как в мошонке верблюда.
У По тоже пересохло в горле, а в висках стучало.
Он попытался сложить отрывки событий в голове. Через некоторое время фрагменты памяти начали обретать форму, и его мозг смог формировать мысли. Хилари Свифт опоила их обоих, и, судя по отвратительной розовой цветовой гамме, они все еще находились в ее доме. И если это так, то они не провалялись без сознания слишком долго. В ее гостиной толпилось больше двадцати человек, и некоторые были одеты в зеленую форму фельдшеров. Он опустил глаза, когда почувствовал, как что-то сжимает его руку. У него измеряли кровяное давление. Какой-то идиот попытался засунуть что-то ему в ухо, и он отпрянул.
