— С кем воевала? — усмехнулся он, притягивая к себе и целуя в висок.
— С мистером Армани, — не стала скрывать я. — который, попрошу заметить, самым коварным образом напал на меня.
— И сполна за это поплатился, — в свою очередь возмутился Арчи, оттягивая сырую футболку за ворот. — с мисс Оплфорд на редкость сложно вести боевые действия.
— Понятия не имею, о чем это мистер Армани изволит говорить. — отозвалась я, улыбнувшись. В глазах Клода, несмотря на усмешку на губах, застыл лед, смешанный с злостью. Беспокоиться из-за Арчи?
Вероятно, Клод ведь считает его соучастником заговора. Но на самом деле же не произошло ничего, действительно стоящее внимания. Осторожно погладив пальцами ворот пиджака, заметила странный узел, в который был завязан галстук. Тяжело вздохнув, привстала на носочки, чтобы исправить досадное упущение.
Вот что за мужчина? И маршал Инквизиции, которого все бояться, и тайная мечта девичьих и некоторых мужских грез, а галстук завязать не может. Под внимательными взглядами собравшихся перевязала галстук в нормальный узел. И — о, чудо! — Клод как-то разом расслабился, нежно погладив по спине.
Стоп. Это что, ревность была? Неужели Клод ревновал меня к Арчи? Я от собственной догадки даже как-то растерялась, иначе заглянув в глаза маршала Инквизиции. И снова небесную синеву заволокла черная пелена страсти, отразив в его глазах меня, словно в зеркале.
Где-то там разговаривали собравшиеся, перебрасываясь очередными «смешными» шутками. А я стояла здесь, чувствуя сильные руки и бездумно улыбалась, неизвестно чему радуясь. Вот вроде неприятное чувство — ревность. Сколько раз эта эмоция разрушала отношения, приводила к войнам и дракам, ломала жизни? И не счесть, наверное. Но вот стою я и так приятно становиться, что Клод приревновал меня…глупо, да. И все равно.
— Зря, — тихо произнесла я, обнимая его за шею, для чего пришлось снова встать на носочки. — я просто действительно хотела его утопить. Можешь спросить у Джейсона.
У телохранителя ко мне, конечно, своеобразное отношение, но ведь врать он не станет?
— Я уеду вечером, — произнес он.
— Надолго? — нахмурилась я, поглаживая его шею.
— На несколько дней, — пожал плечами Клод, наклоняясь ко мне с поцелуем.
А вот интересно мне, что думает делегация Армани относительно меня? Это Арчибальды знают, что мое участие в шоу «Подбор» — фарс чистой воды. Девочки считают, что Клод для меня запасной вариант, кажется, они подозревают, что я влюбилась в него. Но ведь делегация Арчи ничего из это не знает. А мы с Клодом совершенно не скрываем наше отношение друг к другу, наверняка, вызывая нелицеприятные предположения у «дружеской кампании» относительно моей целомудренности.
— Так, что скажешь? — вопросил он, оставляя между нашими губами пару миллиметров. А что я могла сказать?
— Будь осторожен, — выдохнула я, не предпринимая попыток освободиться из объятий.
— Как скажешь, — легкая усмешка и снова поцелуй. Нежный, долгий, тягучий.
Откуда-то издалека раздалось осторожное покашливание. Либо нас пытались оторвать друг от друга, либо:
— Сходите к Илдвайну, — посоветовала я. — он потрясающе лечит признаки простуды.
И тихий, урчащий смех Арчи, за которым следует еще один поцелуй. И я снова забыла о чужом присутствии, полностью растворяясь в Клоде. О чем вообще говорил Джейсон? Да какая разница, когда целуют так нежно.
— Клодель, — с намеком произнес Габриэль Арчибальд. Боковым зрением я заметила, как президент постучал указательным пальцем по наручным часам, исчезая в коридоре следом за мистером Дрейк и мистером Дассо. Арчи, видимо, отправился переодеться.
— Я вернусь через три дня, — напомнил Клод, нехотя возвращая между нами дистанцию. — а до тех пор будь осторожна. Не доверяй Армани, малыш, у Инквизиции есть основания полагать, что он состоит в сговоре.
— А чем подкреплены эти основания не поделишься? — поинтересовалась я.
— Зайди к Агустини, я передам ему распоряжение продемонстрировать тебе протоколы. — в свою очередь произнес Клод, кинув на меня внимательный взгляд. — Мне стоит беспокоиться?
— Из-за Арчи? — вскинула я бровь. — Нет, конечно. Нам нужно было поговорить. Когда-нибудь ведь это должно было произойти.
Клод не ответил, просто в очередной раз прикоснулся губами к моим в горячем поцелуе, заставляя что-то внутри меня вспорхнуть и забиться в воздухе. Пресловутые бабочки в животе? Определенно, нет. Для этого я не настолько романтичная.
— Тебе ведь нужно идти, — напомнила я, разрывая это безумия на секунду.
— Да, — не стал спорить Клод, вновь делая осторожное движение губами, чтобы ускорить темп и…
Когда я оказалась буквально на руках Клода, обхватив его ногами за талию и вцепившись руками в плечи? А сзади ощущалось твердое покрытие стены. Чьи-то бессовестные руки плавно скользили вверх по ногам, не разрывая требовательного поцелуя.
— Тебя ждут, — напомнила я ему в губы.
— Я занят. — произнес Клод, усмехнувшись.
— Делегация, — сил не было даже на шепот, поэтому я удивилась, когда Клод все-таки услышал:
— Демография.
Я оторвалась, удивленно взглянув на ухмыляющегося маршала Инквизиции.
