Она улыбалась, словно это шутка. Но Хару сомневался, что трусы со знаменитой резинкой — это единственная угроза в деле рекламы нижнего белья.
— Но я все же надеюсь на твое понимание в плане рекламных интеграций, — подытожила Им Минсо. — Это прописано в твоем контракте, поэтому попытки саботировать происходящее…
— Я понимаю, — кивнул Хару. — Но… можно сообщать об этом, как о работе, а не… просто кидать какие-то вещи и говорить, что я теперь должен это носить?
— Хорошо, — удивительно легко согласилась Минсо.
Она даже не задумалась над ответом, что поразило Хару.
— Теперь об уходе за кожей, — продолжила Минсо. — Наиболее успешна та реклама, которая не заканчивается на красивых фотографиях. Бренды сейчас редко просто делают рекламные кампании со случайными айдолами. Чаще всего речь идет о том, чтобы айдол стал лицом бренда, то есть представлял продукцию постоянно, как на рекламных плакатах, так и в жизни. Тобой интересуются очень крупные косметические компании. Но твоя кожа должна выглядеть соответствующе. Фотографии в социальных сетях даже без ретуши должны показывать твою кожу если не идеальной, то хотя бы без явных недостатков. И такой результат не получить только экстренным лечением у косметолога. Нужно соблюдать рутину. Прости, конечно, но ни у меня, ни у госпожи Хван нет уверенности, что ты сам будешь делать все, что необходимо. Поэтому, при том, как тебя раздражает надзор, он все же остается. Чтобы ты понимал, речь идет ориентировочно о сумме в семьсот тысяч долларов за год работы и двух рекламных кампаниях.
Хару показалось, что на него ушат холодной воды вылили. Сумма звучала как-то… нереально. Для него и десять тысяч долларов — много. Сколько там агентство забирает у него, как у актера, с рекламных контрактов? Кажется, сорок процентов в первый год после дебюта. То есть, где-то четыреста тысяч долларов — это его гонорар. Минус налоги, конечно. На квартиру в Сеуле может и не хватить, тут цены огромные, но это… много.
— Так что, семиразовое умывание тонером уже не кажется напрасной тратой времени? — иронично спросила Им Минсо.
Хару смутился, но кивнул. За такую сумму можно смириться и с многоступенчатым уходом.
В четверг, перед началом концерта, Хару волновался особенно сильно. Он так далеко зашел, уже столько вложил в это шоу, что проиграть сейчас было бы очень обидно. И так думали все в их группе. Волнение было достаточно сильным и на генеральной репетиции у Шэня сорвался голос в припеве. Пришлось еще и его успокаивать, настраивая на нужные эмоции.
В остальном все было почти привычно — репетиция, работа со стилистами, генеральный прогон в костюмах, ожидание начала. Их уже традиционно провели через зрительский зал, чтобы они своими глазами увидели фанатов, а потом начали приглашать на сцену.
Очередность выступления определяли жребием, и группе Хару выпала честь открывать сегодняшний концерт. Это — еще один повод для волнения. Много всего навалилось. Песня с самого начала была не из простых, потом пять дней перерыва в тренировках, еще и эта ссора с Нобу, а ведь им выступать вместе, к тому же и выходить первыми.
— У нас все получится, — сказал Хару с уверенностью, которой у него самого не было.
— Надеюсь, — выдохнул Шэнь.
— Без «надеюсь», — тряхнул головой Хару. — Мы много работали над этим номером, поэтому теперь осталось только по максимуму выложиться на сцене. Не можем же мы проиграть после всех этих репетиций? К черту идеальное исполнение. Главное — драйв.
Парни начали улыбаться. Даже Нобу.
Вышли на сцену. Встали в начальные позы. Хару уже по привычке закрыл глаза, настраиваясь. Песня о том, что любовь толкает на неожиданные поступки. То есть, это что-то про токсичные отношения — вроде и любовь, а вроде стоило бы и поосторожнее себя вести.
Репетиционных прогонов было столько, что Хару казалось — включи ночью эту мелодию и он начнет танцевать. Поэтому он сам ошибиться не боялся. Переживал только за парней, для которых эта песня была очень сложной в вокальном плане.
Во время выступления он все так же старался ловить зрительный контакт с людьми в зале, вкладывать как можно больше эмоций в голос, танцевать с полной самоотдачей. В финале даже «расщедрился» на то, чтобы показать сердечко, чтобы в номере было хоть что-то от оригинальной милой концепции. Ответный визг толпы был оглушающим. Хару даже вздрогнул из-за такой реакции. Будто не милое сердечко в толпу отправил, а, как минимум, разделся. Из-за его реакции на визг люди в зале начали еще и смеяться. Хару смутился. Вот он так постоянно — сначала что-то вытворит, а потом понимает, что кусочки с этим видео будут во всех социальных сетях следующие несколько дней. И ему жить с осознанием, что это видели члены его семьи, одноклассники и учителя…
В выступлении первыми есть свои плюсы: можешь спокойно наблюдать за другими группами, не переживая о будущем. Хотя… выступление Ли Минки они смотрели в напряжении. Те тоже хорошо поработали, еще и от оригинального концепта не отошли. Но… зрители не подвели — группа Хару выиграла.
