Причём после дождя следы нашей конной оравы на дороге вполне себе конкретно читаются - не спутаешь и на лесную тропу не свернёшь. Либо уходить полным ходом, либо опять засаду устраивать...
Только кишка у нас тонка против эскадрона гусар или конноегерей, который висит на плечах: даже динамитных шашек всего несколько, а это совершенно несерьёзно будет. Только уходить! Самыми шустрыми темпами уходить.
Не загоняя лошадей, конечно, повода нестись во весь опор пока не наблюдается, а до наших передовых позиций не так и далеко. И французы (или кто там ещё) тоже об этом в курсе - вылететь во весь опор на казачью сотню, например, им наверняка категорически не улыбается.
Так что возвращаемся в темпе, но без особых паники и страха.
Не ошибся - через полчаса встретили разъезд ямбургских драгун, так что можно было уже не опасаться стычки с вражеской кавалерией, к тому же имевшей достаточно загнанных лошадей. Да и не осмелятся они соваться так близко к расположению корпуса.
Драгунский поручик предложил проводить наш отряд в расположение, но этого уже не требовалось - дальше мы уже могли следовать сами, практически ничего не опасаясь.
Сейчас главным являлось поскорее доставить информацию Витгенштейну, а дальше пусть уж командующий корпусом решает, как действовать - я не стратег, да и мнение моё никого из генералов особенно не волнует: доложу, что произошло, что наблюдал, а дальше пусть они сами крутятся...
Когда прибыли в расположение, снова подошёл хорунжий Самойлов:
- Я тут покумекал, Вадим Фёдорович - думаю, что большинство хлопцев согласится. А полковник отпустит.
Ишь ты! Он, видите ли 'покумекал'! Всё за всех решил, и за подчинённых, и за начальство!
- Понимаешь, Лукич, не торопись с решением - мы ведь подробно-то и поговорить не успели. Да и сейчас у меня времени на это не густо: сам, небось, понимаешь, что срочно с докладом к его сиятельству надо.
Но, чтобы ты понял хотя бы приблизительно куда просишься, приведу пример: если я скажу ждать в засаде пятерых всадников в оранжевых мундирах, то сидеть и ждать именно их, и никого другого. Даже если мимо проследуют французские телеги, гружённые золотом, а в охранении только десяток голых девок - не трогать ни золота, ни девок, понял?
- Да уж куда понятнее, - слегка ошалел казак, срочно пытаясь представить 'нарисованную' мной картинку. Дурацкого вопроса: 'А что, и так может случиться?' задавать не стал - хватило соображалки 'въехать', что я утрирую.
- Вот в этом разрезе и подумай. И с ребятами своими, кто служить под моим началом захочет, обсуди.
Это, конечно, не значит, что вообще запрещу трофеи брать, но только когда не в ущерб основной задаче. Понял?
- Так точно, господин капитан!
- Вот и ладненько. А пока извини - мне срочно к генералу нужно.
Самого Витгенштейна на месте не было, и меня принял начальник штаба корпуса генерал-майор Довре.
- Проходите, капитан, давно и с нетерпением ждём известий от вашего отряда.
Я уже встречал раньше Фёдора Филипповича, но общаться непосредственно с ним как-то не приходилось. Достаточно пожилой уже человек - лет под шестьдесят, совершенно седой, но густоволосый. Невысок, лицо грубо рубленное, но мужественное.
Вкратце рассказал ему о наших приключениях. И о выводах: 'А хрен его знает, товарищ генерал-майор!'. Шёл на Режицу небольшой отряд или целая дивизия - теперь непонятно...
- На самом деле это уже не столь важно, уважаемый Вадим Фёдорович - передовые части корпуса Штейнгеля уже в Острове. За исключением двух морских полков, которые отправлены в Ригу на кораблях, все силы Финляндского корпуса со дня на день присоединятся к нам.
Вместе с тем выражаю вам благодарность за доблестные действия вашего отряда.
Я молча поклонился.
- Вы уверены, что истребили две сотни солдат противника?
- По самым скромным подсчётам, ваше превосходительство.
- Ваши потери?
- Несколько казаков.
Напрасно я подумал, что генерала устроит такая точность:
- Конкретнее, пожалуйста.
- Пятеро убито в бою, один умер позже, ещё пятеро ранены достаточно тяжело и десять легко.
Теперь начштаба удовлетворённо кивнул. Какой я всё-таки штатский ещё человек, так и не впитал в себя, что доклад должен быть максимально конкретным...
- Среди убитых и раненых только казаки?
- Точно так, ваше превосходительство, все потери в кавалерийской сшибке с драгунами. Чем прикажете заняться сейчас?
- Своими людьми. И отдыхать. Благодарю за службу!..
В расположении увидел, что Спиридон всё-таки вернулся. Да я и не сомневался на самом деле - для этого лешего любая чащоба - дом родной. Мало того, что вернулся - он ещё и небольшую косулю подстрелить по дороге умудрился. Приволок, конечно, не всю, но и доставленного мяса хватит на всю нашу ораву.
Тихон уже запалил костёр и пристраивал над ним котел. Ужин ожидался знатный...
