Но вот Берилд выпрямилась. Поворачивая голову, она медленно осматривала руины. У Старка появилось странное чувство, будто женщина пытается представить себе, каким было это место тысячу лет назад.
Берилд двинулась. Медленно и осторожно она углубилась в руины, потом подняла руку, будто нащупывая дверь, которая не существует уже много веков. Повернула направо и снова осторожно пошла по прямой, затем снова свернула, на этот раз налево.
Старку все время казалось, что она видит исчезнувшие стены и идет вдоль них. Он следил за белой тенью, которая двигалась в лунном свете, время от времени останавливаясь, чтобы набраться сил, но упрямо и уверенно продолжала идти через древние развалины.
Наконец она остановилась на широком ровном месте, где раньше мог находиться центральный двор. Берилд опустилась на колени и начала копать песок.
Туман, окутывавший мозг, рассеялся, тело Старка устремилось вперед. Только одно могла Берилд отыскивать, тратя остатки сил. Старк с трудом спустился по склону и подошел к ней.
— Копай… — выдохнула Берилд.
Они, как собаки, начали копать песок. Ногти Старка скользнули по чему-то твердому, и лунный свет сверкнул на металле под пылью. Через несколько минут обнажилась золотая крышка шести футов диаметром, очень массивная и украшенная удивительными символами забытых марсианских богов.
Старк попытался поднять крышку. Но не смог ее сдвинуть.
Тогда Берилд нажала скрытый рычаг, крышка скользнула в сторону.
Под ней, сладкая и холодная, все эти века защищенная от песка, среди массивных камней блестела вода.
Час спустя Старк и Берилд спали, наполненные водой до самой кожи, благословенная влага капала с их волос.
На следующий вечер, когда низкие луны снова повисли над горизонтом, они сидели у колодца, сонные от звериного чувства отдыха и пресыщения. Старк посмотрел на женщину и спросил: «Кто ты, Берилд?»
— Ты знаешь. Шанская женщина и королева Кайнона.
— А на самом деле? Я думаю, ты ведьма. Только ведьма может найти скрытый много веков источник, здесь, в месте, где ты никогда не была раньше.
Берилд застыла. Но когда ответила, в голосе ее слышался смех.
— Никакого колдовства, дикарь. Я говорила, что однажды военный отряд пересек Каменный Живот. Он следовал древним легендам и нашел колодец. Мой отец был в том отряде.
Возможно, подумал Старк. Тайна колодца — бесценное сокровище в Сухих Землях и вполне может передаваться от отца к сыну.
— Я не знала, что мы близко от этого места, — добавила Берилд, — пока не увидела каменный плавник, выступающий из большого хребта. Но я боялась, что мы умрем раньше, чем доберемся до колодца.
Да, подумал Старк, может быть и так, как она говорит.
Но почему она шла по этому месту, будто видела его стены такими, какими они были тысячу лет назад? Она не знает, что я следил за ней и видел, как она привычно двигалась по руинам, словно когда-то жила здесь.
— О чем задумался, дикарь? В твоих глазах луна.
— Не знаю.
Сны, иллюзии, подозрения, проникшие в мозг. Может, он слишком наслушался старых марсианских легенд в этой дикой местности, где темная память о рамасах висит над человеческим сознанием?
— Забудь свои сны, дикарь, реальность лучше.
Старк взглянул на нее: она молода, прекрасна, и губы ее улыбаются.
Он нагнул голову. Руки ее обвились вокруг него. Волосы мягко коснулись щек. И вдруг она впилась зубами ему в руку. Он вскрикнул и оттолкнул ее. Она села, посмеиваясь.
Старк выругался. Во рту он ощущал привкус крови. Он схватил ее, она снова засмеялась, звук смеха был одновременно сладким и злым.
— Это за то, что ты выкрикнул не мое имя, а имя Фианны, когда началась буря.
Ветер со вздохом шелестел над ними, пустыня была неподвижна.
Два дня оставались они среди руин. На второй вечер Старк наполнил мех водой, и Берилд опустила на место золотую крышку.
Они начали последний долгий переход к Синхарату.
Старк видел, как он встает на фоне утреннего неба — мраморный город на высоком коралловом острове давно исчезнувшего моря. Солнце озаряло остров, его коралловые утесы окрасились в белые, красные и розовые тона. И с этого прекрасного пьедестала вздымались стены и башни такой совершенной работы, так мягко отделанные временем, что трудно было сказать, где начинается и где кончается работа людей.
Синхарат, Вечно Живущий…
И все же он умер. Подойдя ближе, с трудом бредя по песку рядом с Берилд, Старк увидел, что город — всего лишь прекрасный труп; многие башни обрушились, дворцы без крыш. Признаки жизни видны вне города, под ним, на окружающей его сухой лагуне.
Здесь животные, шатры, люди, казавшиеся маленькими и незначительными под сенью мертвого города.
— Караван, — сказала Берилд. — Кайнон… и все… они здесь.
— Почему они разместились не в городе?
Берилд искоса насмешливо взглянула на него. «Это старый город рамасов, а их имя все еще сохраняет свою власть. Жители Сухих Земель не любят заходить сюда. Когда племена соберутся, увидишь. Все разместятся снаружи».
— Из страха перед рамасами? Но ведь они давно исчезли.
