Сразу разбудил апостолов и Лёху, они спросонку не сразу в ситуацию въехали, помогли лёгкие удары по ушам, рот правда им приходилось прикрывать, чтоб не заорали с перепугу. Выставил их всех по периметру, а брата на чердак отправил, ещё раз предупредил, что стрелять только по ногам, ну а сам самое опасное направление перекрыл — выход из овина (или как там оно называется, помещение для скота и птицы) на задний двор.
Когда увидел первую цель, один из них, рыжий кажется, промелькнул в проёме двери, выстрелил ему в район ног и проорал боевую команду для всех остальных «Вали их, пацаны!». После чего стрельба началась практически непрерывная… палили пацаны конечно отвратительно, только что отвлекающий фактор создавали, ну а я прицельно положил рыжего и вёрткого, они упали куда-то в высокую траву и громко начали ругаться оттуда. Тревожил меня третий чувак, неизвестно куда сгинувший с началом стычки.
— А ну прекратили стрельбу! — подал я вторую команду.
Не сразу, конечно, но довольно быстро наступила тишина, тогда я решил уточнить:
— У кого сколько патронов осталось?
— У меня два, — сказал первый апостол, а второй добавил, — а у меня ничо не осталось.
А брательник с чердака крикнул, что один у него всего. Я откинул барабан и проверил своё оружие — здесь целых три штуки еще сидели. Жить можно.
— Всем сидеть и не дёргаться, — подал я следующую команду, — там один хмырь где-то затаился.
А следующее предложение у меня было конкретно этому хмырю:
— Эй ты, выходи с поднятыми руками, поговорим — обещаю, что стрелять больше не будем.
Некоторое время было тихо, потом кусты зашуршали и оттуда появился этот третий типчик. С честно поднятыми руками. Приблизился ко мне на три примерно метра и сказал:
— Шустрые вы ребята, стреляете метко… тут надо б корешей моих обиходить, они кажись обои ранетые…
— Тебя как звать-то? — спросил я.
— Прохором, — ответил тот.
— Значит так, Прохор, давай без глупостей — один наш человек тебя на мушке держать будет, пока мы тех двоих обихаживать станем, понятно?
Прохору всё было понятно, и мы вдвоём пошли искать этих ранетых… ночь была лунная, видно, не сказать, чтоб всё вообще, но то, что надо, нормально просматривалось. У рыжего скользячком задело ляжку, ничего серьёзного, а у второго, который длинный, похуже дела казались, кость, правда, не задета, но пуля осталась в ноге.
— Значит так, — скомандовал я, — этого рыжего можешь забирать и валить отседова, а с длинным мы разберёмся.
— Как это вы с ним разберётесь? — поинтересовался Прохор.
— Пока замотаем рану, а утром дохтура приведу, он посмотрит.
— А деньги у тебя на дохтура есть?
— Наскребу немного по такому поводу, — хмуро сказал я, но в этот момент рыжий вдруг схватил свою дубинку, она рядом лежала, и со всей силы нанёс мне удар в голову, боковым ударом.
Реакция у меня, слава богу, хорошая, поэтому я успел пригнуться, но автоматически пальнул предпоследним патроном ему в грудь, а последний длинному послал, и тоже в грудь. Оба затихли и признаков жизни больше не подавали.
— Сами напросились, суки, — зло сказал я, пнув рыжего в бок, — тебя тоже касается, — это я добавил вертлявому, — будешь рыпаться, замочу. Ну нам же легче, не надо на дохтура тратиться. А теперь надо от тел избавиться.
И я кликнул апостолов и Лёху.
— Значит вы двое берёте этого рыжего под мышки, а ты, Лёха вместе с этим мужиком — длинного, и тащите их к реке. Я контролирую, всё ясно?
Река длинная, ночь тёмная, подумал я, так что к утру все концы полностью в воду спрячутся.
— Эй, — окликнул я вертлявого Прохора, — ты по жизни-то чем занимаешься?
Прохор как-то затруднился с ответом, минуту размышлял, потом ответил, что ничем походу он не занимается, если раздобудет, что пожрать, к вечеру, уже хорошо.
— Мы тут банду организуем, — сообщил ему я, — предлагаю вступить в наши ряды… а то у нас пацаны одни, нужен хотя бы один старший… ну чтобы представлять нас на тёрках и базарах, к пацанам-то сам знаешь, какое отношение бывает…
— А что за банда, чем заняться хотите? — начал уточнять Прохор.
— Хотим стать самой крутой организованной преступной группой (ОПГ значит сокращённо) для начала на ярмарке, а там как бог даст. Пока, сам видишь, нас четверо, ты, если согласишься, пятым будешь. Завтра планируем для начала приодеться, деньги на это у нас есть…
— Какие деньги? — вступил в разговор Пашка-апостол.
— Потом расскажу, — сказал я ему и продолжил, — а потом, когда приоденемся, встречают-то у нас в основном по одёжке, начнём действовать по согласованному плану…
— Что за план? — это Прохор уже задал вопрос.
— Есть небольшие зацепки на Гребнях, какие уж, не скажу, с Гребней и начнём… ну что ответишь на наше предложение?
Прохор надолго задумался, а потом выдавил из себя:
— Согласен, чо… ребятишки вы резкие и безбашенные, вон как шустро Кота с Жердью завалили… (вон, значит, как их звали-то, подумал я, рыжего с длинным), давай попробуем… а револьвер мне дадите? Я смотрю, вы все тут с ними ходите, с револьверами…