– А слюна? А волосы? Могут ведь и их взять на экспертизу, – подала голос Латифа.
– Не слюна, а проба защечного эпителия. И не просто могут, а возьмут наверняка. Настоящие образцы вы заберёте и подмените на образцы сотрудников клиники. Я тебе сейчас объясню, как именно и что делать. Но самое главное, это результаты, – Карина взмахнула конвертами. – Генетики должны думать, что эти результаты они получили сами.
Долго и нудно Карина объясняла Латифе, как она должна действовать. Повторяла одно и то же по сто раз. Я же от скуки начал клевать носом, как вдруг из-за перегородки внезапно выглянул Джамир.
– Мы на месте! – крикнул он.
– Так! – взволнованно сказал Зунар. – Ждите, я пошел.
Все хорошо было в сурирате, кроме того, что здесь не было ни единого окна. А на столицу империи очень хотелось взглянуть. Мы ждали Зунара в тишине, переглядываясь и прислушиваясь к каждому шороху.
Зунар вернулся скоро, держа в руках тисненный золотом конверт.
– Имперский страж Димитар ждет вас внизу, – сказал Зунар. – Как мы и предполагали, в клинике сопровождать его будет только один человек.
– А вы как? – Карина привстала с места.
– Он сказал мне название клиники, – постучал конвертом по ладони Зунар, – так что вы с Азизом отправитесь с Димитаром, а мы полетим следом.
– Что за Димитар? Ты что-нибудь о нем знаешь? – спросила Карина.
– Страж высшего ранга, судя по форме. Больше ничего.
Карина кивнула и отдала Латифе конверты с результатами и ящик с кровью, потом решительно направилась к выходу.
– Азиз! Быстрее! – окликнула она меня уже из коридора.
Нас поглотил луч и тут же выпустил. После сумрака, царившего в сурирате, яркий дневной свет заставил зажмуриться. Когда зрение вернулось, я смог оглядеться. Мы оказались перед белоснежным трёхэтажным зданием с высокими толстыми колоннами, с изогнутой крышей в китайском стиле. Само здание казалось большим, но не столько ввысь, сколько вширь. В длину метров сто, не меньше.
– Азиз Игал? – окликнули меня.
Я повернулся, мужчина в коричневой форме, расшитой серебром и красными камнями, на груди красовался значок – серебристый двуглавый орел. Мужчина протягивал мне руку для рукопожатия. Он был немолод, но еще и не слишком стар, на голове залысины, под глазами мешки. Лицо у него было невыразительное, скучное, явно намекающее, что и профессия, и сама жизнь у него соответствующая. Но было что-то странное не в самих чертах лица, а в его выражении. Что-то неестественное: взгляд пустой и спокойное безразличие.
– Да, – ответил я, пожав его руку. – Я Азиз.
– Я Димитар, по приказу Амара Самрата буду сопровождать вас в клинику. Кто с вами? – он повернулся к Карине, протянул ей руку:
– Карина Кави из клана Сорахашер, – энергично пожала она его руку, – я врач Азиза, хотела бы присутствовать.
– Хорошо, – сказал Димитар, затем поднял голову, глядя на сурират. – Вам не запрещено охранять Азиза Игала, но в клинике во время экспертизы никого – кроме нас – быть не должно.
– И не будет, об этом не стоит переживать, – поспешила ответить Карина.
– Хорошо, – сказал Димитар и жутко улыбнулся. Люди так не улыбаются, так улыбаются куклы, роботы: механично, совершенно безэмоционально, растягивая рот, будто для демонстрации зубов. Что ты такое, имперский страж Димитар?
«Имперские стражи не имеют души», – вспомнились мне слова Карины. Что же это значит – не имеет души?
Страж повел нас по улице к стоянке. На ней, будто огромные игрушки, стояли в несколько рядов смешные, округлые, совершенно одинаковые и различающиеся лишь цветом автомобили.
Страж застыл в ожидании чего-то. Я взглянул на Карину, она казалась напряжённой. Нервничает. Я подумал, что мне бы, наверное, стоило тоже нервничать, особенно учитывая, что я не совсем понимал, как они собираются провернуть подмену. Карина, почувствовав мой взгляд, повернулась и улыбнулась, получилось вымученно, но она честно пыталась меня подбодрить. Хотя я вряд ли в этом нуждался. Я совсем не переживал. По мне так никакого повода для этого пока что не было.
К нам подъехал один из автомобилей, за рулем сидел неприветливый водитель с непроницаемым лицом, в коричневой форме без вышивки, только значок двуглавого орла на груди. Он даже не повернулся в нашу сторону, так и смотрел перед собой. На миг мне даже захотелось заглянуть в окно, посмотреть, есть ли у него ноги, потому что он казался привинченным к креслу роботом.
Страж открыл дверцу, пропуская вперед меня и Карину. В салоне было просторно, четыре пассажирских места, друг напротив друга, широкие окна. Автомобиль двинулся, едва слышно зажужжав.
