Эта война никогда не объявлялась, но она давно идет. В ней участвуют сотни и тысячи людей. И воюют по всем законам ведения войны. Даже есть диверсанты и шпионы. Вот как он… Сначала ему предложили перегнать машину с наркотой из Чечни в Россию. Потом поймали и бросили в камеру к отпетым зэкам. Затем предложили работать на ФСБ, дали агентурную кличку Ходок и забросили обратно в Чечню. Так он, чеченец, попал в боевой отряд одного из полевых командиров. И стал передавать в Центр оперативные сведения. Поступившие от Ходока сообщения сомнений не оставляли — в Чечне готовится очередной террористический заговор против России…
Было обычное летнее утро. Воскресенье. Было ясно, но пока еще не жарко. По асфальту, купаясь в пыли, прыгали и громко чирикали воробьи. Редкие дворники мели метлами чистые тротуары.
Ширк… ширк… ширк…
Их сквозь сон слышали граждане, которые, просыпаясь, вдруг вспоминали, что сегодня никуда спешить не надо, что сегодня выходной, блаженно потягивались, скидывали ноги на пол и, нащупав тапочки и подойдя к полуоткрытым окнам, отдергивали шторы и выглядывали на улицу.
В глаза им, слепя и заставляя жмуриться, било яркое июньское солнце, лица обдувал прохладный утренний ветерок, а слух сладко тревожил особенный, ни с чем не сравнимый воскресный шум просыпающегося города.
Хорошо, черт побери!..
Еще дворы были пусты, еще никто никуда не шел, потому что магазины были закрыты, но уже встречались отдельные куда-то спешащие прохожие и, отражаясь эхом от стен, проносились редкие машины. А на балконах тут и там, навалившись локтями на перила, курили, лениво поглядывая по сторонам, мужики с голыми торсами.
День обещал быть замечательным.
И ничего не предвещало беды.
Но беда уже стучалась в двери… Всем…
В типовом, каких в стране десятки тысяч, дворе шла обычная жизнь. Выползшие из своих малогабаритных квартир на скамейки бабушки грелись на солнышке и сплетничали, обсуждая свежие новости. Дети носились туда-сюда, путаясь под ногами прохожих, сшибали друг друга с ног, громко плакали и тут же, успокоившись, неслись куда-то дальше. Мужики возились возле своих машин, забивали «козла» на грубо сколоченных из досок столах или кучковались по трое.
— Сережа, Сережа, иди домой! — кричала, высунувшись в окно, женщина в халате. — Сережа-а!..
Но Сереже было не до мамы. Сережа, спрятавшись за гаражами, оживленно болтал со своими приятелями.
— Митька мобильник нашел!
— Врешь!
— Ничего я не вру! Самый настоящий, навороченный!
Счастливому Митьке все страшно завидовали, потому что никто еще в их дворе никаких мобильников не находил. Он был первым и единственным.
— А может, не нашел, может, он украл! — пытался кто-то подвергнуть сомнению чужую радость.
— Ничего он не украл, он его возле автобусной остановки нашел, когда его утром за хлебом послали!
И все страшно сожалели, что это не их послали за хлебом.
— Мить, покажи мобилу! — просили все. — Ну покажи!..
И Митя, вдруг приобретший такую сумасшедшую в их дворе популярность, не спеша вытаскивал из кармана мобильный телефон.
— Ух ты! — восхищались все.
Мобильник был как новенький, с жидкокристаллическим экраном, выдвигающейся антенной и двумя десятками кнопок.
— Классная вещь! Дай посмотреть.
Но Митя никому свою находку в руки не давал, на что имел полное право, потому что это он ее нашел.
Пацаны, сдвигаясь головами, зачарованно смотрели па мобилу.
— Сережа, Сережа, а ну быстро домой! — продолжала, надрываясь, орать откуда-то с седьмою этажа мать. Но Сергей ее не слышал.
— А давай куда-нибудь позвоним, — вдруг предложил кто-то.
Новая идея всем понравилась.
— А куда?
— Давай тебе домой!
— Ага… А если мать спросит, откуда я звоню?
Точно спросит! И тогда дознается про телефон и отберет его. Взрослые, они такие — если что ценное найдешь или деньги, обязательно все отбирают.
Нет, домой звонить было нельзя. А позвонить куда-нибудь хотелось. Очень сильно.
— А давай вы мне позвоните, — сообразил кто-то. — Я сейчас домой побегу, а вы мой номер наберете!
— Точно!
Мальчишка, нашедший выход из безвыходного положения, стремглав побежал домой к телефону. Остальные стали горячо обсуждать, на какие кнопки нужно жать, чтобы мобильник заработал.
— Вот на эту.
— Да не на эту, а на ту! Я точно знаю, у моего отца точно такая же мобила!
Мальчишки, увлеченные новой игрой, тянулись к мобильному телефону.
— Сергей! А ну, быстро иди домой! — раздавался с высот седьмого этажа голос уже не матери, а отца.
Мальчишка, вызвавшийся ответить на вызов мобильника, добежал до квартиры, незаметно прошмыгнул в комнату и сел возле телефона, нетерпеливо ерзая на стуле и ожидая звонка, который должен был вот-вот раздаться.
Ну когда же они, когда?..
Его приятели там, во дворе, за гаражами, почти совсем уже рассорившись, наконец разрешили непростой вопрос — на какую кнопку нужно жать вначале — и теперь, сомкнувшись вокруг телефона, ожидали, когда Митька станет набирать номер, надеясь, что он и им тоже даст по нему поговорить, когда наговорится сам.
Митька, с чувством своей исключительности, поднес к кнопке указательный палец и ткнул им в кнопку.
Но гудка никто из мальчишек не услышал. Они услышали какой-то странный металлический щелчок и больше ничего… Потому что найденный на автобусной остановке новенький мобильный телефон вдруг взорвался. Как боевая граната…
Там, за гаражами, оглушительно, так, что услышал весь двор, ухнуло, над гаражами поднялся небольшой серый столб дыма, а по гаражам хлестнули осколки. Но во дворе никто ничего не понял.