Миллиардерша Морталюк нашла себе нового телохранителя. И, как ей казалось, не прогадала. Ведь он профи, бывший капитан ФСБ Бондарь. Только все же зря она взяла его на работу. Бондарю трудно будет мириться с деятельностью безжалостной бизнес-леди. Тут даже бывалому оперативнику службы безопасности становится не по себе. Мадам Морталюк похищает молоденьких девушек и прячет их на засекреченной базе, расположенной на заснеженных горных склонах Северного Кавказа. Что она с ними делает, не ясно, но пока ни одна не вернулась живой. Значит, теперь Бондарю придется разбираться с головорезами коварной преступницы. Как всегда, в одиночку. Как и привык работать Бондарь…
Посвящается Любви, без которой ничего бы не было…
При каждом выдохе в темноте появлялось радужное облачко пара. Цветом оно напоминало бензин, расплывающийся в черной луже.
Бондарь, одетый как заправский горнолыжник, осторожно положил на снег свое снаряжение. К сожалению, это было не оружие. Снаряжение состояло всего лишь из пары лыж и двух лыжных палок.
«Палки как палки, – решил он, пробуя одну из них на прочность. – Я не ас слалома, чтобы определить, чем они хуже или лучше других. А как насчет лыж? – Бондарь критически прищурился. – Похоже на универсальную конструкцию, с классическим боковым вырезом и стандартной заточкой. Гибкие, не слишком короткие, но и не слишком длинные, достаточно широкие, чтобы не вязнуть на целине. В общем, подходящие лыжи, – сказал себе Бондарь. – Главное, чтобы я сам не подкачал».
Подумав так, он с сомнением покачал головой и хмыкнул, догадываясь, сколько опасностей и неожиданностей подстерегает его на крутом склоне горы Фишт. Это был последний западный бастион Главного Кавказского хребта. Высота грандиозной базальтовой пирамиды лишь самую малость не дотягивала до трех километров. Несмотря на то что Бондарь находился не на самой вершине горы, а на ее склоне, испытание ему предстояло серьезное. Условия были, что называется, экстремальные.
Отсутствие настоящего опыта и мастерства беспокоило Бондаря даже сильнее, чем погоня, которая неминуемо начнется, как только его отсутствие будет замечено. Сумеет ли он тягаться со всеми этими молодыми, ладными, спортивными парнями, которые числятся здесь инструкторами и явно знают толк в скоростном прохождении трассы?
Ладно, время покажет, флегматично рассудил Бондарь. Оно, время, пока что работало на него.
Была ночь. Глухая, темная, морозная. Фантастически красивая.
Полная, чуть сплющенная луна серебрилась в сияющем ореоле. Ювелирно ограненные звезды казались неправдоподобно крупными и яркими. Снежная гладь сверкала и переливалась, словно щедро посыпанная алмазной пылью. Но любоваться этим почти космическим пейзажем было некогда.
Опустившись на колено, Бондарь занялся лыжами. Он воткнул ботинок в паз держателя, закрепил каблук, отрегулировал жесткость крепления. Встал, наклонился, прихватил защелками второй ботинок. Оставалось затянуть ремни безопасности, которые удержат лыжи, если крепления расстегнутся при падении. Это оказалось непростой задачей, поскольку мороз стоял нешуточный. Озябшие пальцы Бондаря делались все более одеревенелыми и непослушными. Полторы минуты ушло на то, чтобы продеть кончик ремешка в пряжку. То же самое повторилось со вторым ботинком. Когда Бондарь выпрямился, его скрюченные пальцы едва протиснулись в перчатки.
«Жаль, что нельзя скатиться уже известным маршрутом», – подумал он, поудобнее обхватывая палки. Но внизу находились сторожевые посты, и, только обманув их, Бондарь мог надеяться добраться до равнины целым и невредимым. Если, конечно, не переломает кости при спуске.
Короче говоря, или грудь в крестах, или голова в кустах.
– Ну, поехали, – прошептал Бондарь.
Он опустил очки и, резко оттолкнувшись, покатился по склону, постепенно забирая вправо, чтобы уйти подальше от накатанных лыжней.
С одной стороны, отчетливый одинокий след на рыхлом снегу выдаст преследователям направление его маршрута, но, с другой стороны, незнакомый ландшафт не позволит им развить ту скорость, которую они демонстрируют на изъезженной вдоль и поперек трассе. Это в какой-то мере уравнивало шансы преследователей и беглеца. Ведь Бондарь не был профессиональным горнолыжником. Слалом по пересеченной местности обещал стать для него одним из самых сложных и опасных испытаний, когда-либо выпадавших на его долю. При таких условиях даже имеющаяся фора не обеспечивала ему победу. За приз под названием Жизнь предстояло хорошенько побороться.
Держа палки в свободно вытянутых руках, Бондарь скользил вниз, следя за тем, чтобы лыжи не соприкасались и не расходились слишком далеко. Между его коленями постоянно сохранялся небольшой зазор, а ботинки отстояли друг от друга «на волосок меньше ширины плеч», как рекомендовал инструктор.
Несмотря на то что пока все шло гладко, на первом же по-настоящему крутом спуске Бондарь с трудом удержался на ногах. Внутренний голос потребовал принять низкую стойку, чтобы смягчить возможное падение. Знакомый всем импульс: в случае опасности втяни голову в плечи, съежься, прижмись к земле…
Как бы не так!
