Никакие треволнения прошедших суток не заставили Роджера забыть, что единственной целью его приезда во Францию была продажа драгоценностей Джорджины, которую еще предстояло осуществить. Почему бы, пришло ему в голову, вместо того чтобы самому разыскивать золотых дел мастера, который может предложить не слишком хорошую цену, не сэкономить завтрашнее время, посоветовавшись с де Рубеком?
— Вы, случайно, не знаете в Гавре честного ювелира? — спросил Роджер.
— Разумеется, знаю, — после недолгого колебания ответил шевалье. — Даже нескольких. Вы хотите сделать покупку или что-нибудь продать?
— Я хочу избавиться от нескольких безделушек, в основном золотых, но некоторые из них с драгоценными камнями. Фактически, ради этого я и приехал во Францию.
Глаза де Рубека слегка прищурились, что не удивило Роджера, ибо подобное заявление могло внушить какие угодно мысли. Изобретательность молодого англичанина помогла тут же подобрать ложное объяснение:
— Эти драгоценности принадлежали сестре-близняшке моей матери, которая недавно скончалась. Они очень любили друг друга, и отец решил, что, случайно увидев одну из них на ком-нибудь из соседей, мать будет очень расстроена. При этом он нуждался в деньгах, но, не желая продавать драгоценности в городе, решил, что лучше всего переправить их за границу. Поскольку его вмешательства неожиданно потребовали дела службы, он не смог отплыть во Францию и поручил эту миссию мне. К несчастью, у меня мало опыта в подобных делах, так что я был бы вам чрезвычайно обязан за помощь.
Внимательно выслушав монолог Роджера на ломаном французском, де Рубек кивнул:
— С радостью это сделаю. Я знаю подходящего человека и утром отведу вас к нему.
Роджер поблагодарил любезного француза, и они стали говорить на другие темы, так как шевалье, по-видимому, тотчас же выбросил из головы мысли о драгоценностях. Вскоре оба почувствовали усталость и, допив вино, поднялись к себе.
Заглянув под половицу и убедившись, что сокровище на месте, Роджер разделся до рубашки, скользнул под жесткое одеяло и мгновенно заснул.
Проснувшись утром, он по углу, под которым падали солнечные лучи, определил, что уже около девяти часов, поэтому после спешного туалета переложил драгоценности из тайника в карманы и спустился по лестнице.
Столовая была пуста, и, к своему удивлению, Роджер обнаружил, что на завтрак в гостинице подавали только булочки, масло и конфитюр. Непривычный к столь скромному рациону, он потребовал чего-либо более существенного, и через десять минут ему принесли omelette fines herbes 46 — абсолютно новое для него блюдо, которое тем не менее пришлось ему по вкусу.
Окончив завтрак, Роджер отправился на поиски де Рубека и нашел долговязого шевалье лениво греющимся на крыльце.
— А, вот и вы! — воскликнул де Рубек, демонстрируя скверные зубы в дружеской улыбке. — Надеюсь, хорошо спали?
— Отлично, благодарю вас, — улыбнулся в ответ Роджер. — Боюсь, что проснулся слишком поздно, а мне не терпится как можно скорее покончить с делами. Не будет ли для вас слишком большим беспокойством отвести меня к ювелиру, о котором вы говорили?
— Разумеется, нет, но я немного подумал, и мне в голову пришла одна идея. Как я понимаю, вы не настолько ограничены во времени, чтобы не уделить мне несколько минут для разговора в приемной. Там никого нет, так что нам не помешают.
— Конечно, — согласился Роджер.
Они вместе направились в приемную, и де Рубек закрыл дверь на засов. Роджер сел за один из столиков, немного удивляясь этим таинственным предосторожностям, но шевалье поспешил его успокоите.
— Нет причин для тревоги, — объяснил он, — но лучше проявить осторожность, обсуждая «сделку, в которой фигурирует крупная сумма денег. — Опустившись на диван рядом с Роджером, он продолжил, понизив голос: — Могу я узнать, упоминали вы об этом деле кому-либо другому?
— Нет, — ответил Роджер. — Никто во Франции, за исключением вас, ничего об этом не знает. Мне казалось неразумным распространяться на эту тему, имея при себе немало ценных вещей.
Де Рубек одобрительно кивнул:
— Рад это слышать. К счастью, во мне вы нашли человека, которому можно доверять. В конце концов, вы ведь мало обо мне знали, а в больших портах полным-полно мошенников, которые без колебаний перережут вам горло за пригоршню луидоров.
— Человеку, с которым пьешь, дерешься на дуэли, а после этого сохраняешь дружеские отношения, есть все основания доверять, — рассмеялся Роджер. — Вам я доверяю полностью.
Шевалье поклонился:
— Я очень тронут и был бы весьма огорчен, услышав противоположное мнение. Драгоценности сейчас при вас или вы вчера передали их банкиру на сохранение?
— Нет, я рассовал их по карманам, так как собранные вместе они являют собой довольно объемистый сверток.
— Могу я взглянуть на них?
— Разумеется, если у вас есть желание.
Когда Роджер принялся доставать безделушки и класть их на стол, шевалье добавил:
