Я выскакиваю на второй этаж. Грохот. Осталась одна девушка, она стояла у окна и стреляла. Удар в плечо. Я успел отскочить. Еще выстрел, я стрельнул в ответ. Подоспел напарник, высунувшись в проем наполовину. Он стрелял без остановки, даже когда девушка уже упала навзничь.
— Ракшасовы дети! — выругалась она, голос показался очень знакомым.
— Ай, как нехорошо, — отозвался напарник, — проигрывать тоже надо уметь. С удовольствием посмотрю на ваш танец, бал.
Девушка снова выругалась, я подошел к деревянной стойке, где красовалась выпуклая красная кнопка, и стукнул по ней. Раздался звон. Игра окончена.
Внизу зашуршали.
— Мы победили? — крикнула Ашанти снизу.
— А кто же ещё? — ответил ей басом напарник.
Лежащая девушка из красных скрючилась, села, костюм снова стал эластичным. Она сняла шлем и уставилась на меня своими прозрачными глазами Рейджи.
— Ихама! Больно же, зачем стрелять по ногам, теперь синяки останутся, — злобно зашипела она на меня.
Кого-кого, а ее здесь увидеть, я точно не ожидал.
— Что смотришь? — огрызнулась она.
Я тоже снял шлем, не в силах сдержать усмешку, мне просто хотелось взглянуть на реакцию Рейджи.
Узнав меня, она нахмурилась и опустила глаза:
— Вы что, все здесь? — тихо спросила она.
Я кивнул.
У Рейджи было такое озадаченное и испуганное лицо, что я не знал, что и думать. Неужели ей здесь нельзя быть?
Но вдруг Рейджи, резко переменившись, засмеялась. Я и не думал, что она так умеет: звонко, весело, заразительно, всю стервозность и надменность с нее как ветром сдуло.
— Ну, вы малышня, даёте! — хохотала она.
Переодевшись, мы шли всей командой по коридору в приподнятом настроении, предвкушая зрелище, которое должна организовать для нас команда красных. Я в раздевалке уже успел познакомиться с некоторыми из нашей команды. Ну как я, в основном ребята болтали, а я или кивал, или отделывался короткими фразами. Еще меня удивило, что почти все меня знали. Затем оказалось, что большинство людей из нашей команды были наемниками и преданными (это какое-то звание в клане). Еще здесь была парочка аристократов, в том числе и Энни, не считая нас. Веселые оказались ребята и говорили много чего интересного. Например, болтали о том, что, скорее всего войны с Капи не избежать, хоть Симар Хал и пытается решить конфликт мирным путем.
Говорили они об этой войне, как о каком-то радостном событии. Мол, давно сидим без дела, а на одной охране и мелких поручениях много не заработаешь. Потом один из наемников сказал, что в случае войны сможет накопить на домик на побережье. Еще болтали, что Сорахашер эта война пойдет только на пользу. Я заметил, как наемники поглядывают украдкой на меня, видимо и весь их разговор предназначался мне. Забавно.
— Капи давно пора поставить на место, — грозно сказал здоровенный мужик с такой жесткой щетиной, что наверняка ею сковородки можно скоблить, — неплохо бы было вернуть ту территорию, которую они пятьдесят лет назад отобрали у клана Игал и поделили с Нага.
Я удивился. Сначала я подумал, что наемники ошибся, назвав Игал кланом, но затем все же решил уточнить:
— Клан Игал? — спросил я идущую рядом Латифу.
— Да. Игал когда-то был кланом, — отмахнулась она, ее явно больше интересовала болтовня с Ашанти и Зар-Заной.
— Говори, — настаивал я.
Латифа вздохнула и нехотя повернулась ко мне:
— Что? Был когда-то кланом, а теперь остался один род. А точнее, один ты. Игал не смог устоять перед натиском мелких соседних кланов. К тому же объявились Капи со свободных территорий, которым нужна была земля. А у Игал как раз были и богатые земли, и два источника. В общем, им пришлось многое пережить: войны, бесконечные нападки. А когда территорий и людей у Игал почти не осталось, они примкнули к Сорахашер.
Я кивнул благодарно. Латифа тут же отвернулась к близняшкам. Наемники уже переключились на другую тему и обсуждали, в какой бар отправятся праздновать победу.
Мое внимание привлекли идущие впереди и ругавшиеся Энни и ее кавалер с серьгой в ухе.
— Я хочу остаться и посмотреть! — обиженно сказала Энни. — Это займет десяти минут, не больше. Подождет твой ресторан. К тому же в башне хватает ресторанов, почему не поужинать здесь?
— У меня нет желания смотреть на эти кривляния. И в башне я оставаться тоже не хочу. Нам лучше уйти прямо сейчас, — ответил ее спутник раздраженно. Он повернулся ко мне вполоборота, я смог разглядеть серьгу в его ухе: золотое кольцо и вокруг него обвилась маленькая змейка.
— Рамас! Ты ведешь себя как капризное дитя, — язвительно заявила Энни. — Мы останемся и посмотрим, как проигравшие танцуют нати вакхану, а затем пойдем, куда ты хочешь.
— Нет. Лучше сейчас уйти, — мне показалось, в его голосе проскользнуло волнение. — Т ы идешь?
— Нет! — возмущенно воскликнула Энни, засмеявшись.
— Очень жаль, — сухо сказал ее спутник, и, ускорив шаг, устремился к лестнице.
Странный тип.
Энни на миг запнулась, остановившись и, кажется, хотела его окликнуть, но вместо этого резко повернулась к нам.
— Азиз, — хищно улыбнулась она, — мне кажется или ты скучаешь?
