Шпион в Юрском периоде полностью

— Ты похож на стареющего хищника. На грифа, Эл, с ободранной шеей. Видел таких в зоопарке? Ты псих.

Я выпрямился.

Теперь, когда крошечная новинка шефа прилипла к чулку Джой, меня охватило разочарование. Стареющий хищник? Гриф с ободранной шеей? Псих? Всего‑то? Похоже, она ничего не знала о Джеке. Странно, но это меня успокоило, будто чем меньше людей знало о провале Берримена, тем больше появлялось шансов на мой успех…

Покачивая бедрами, Джой независимо ушла к стойке.

Я не выдержал и включил вшитый в мочку уха микрофон.

Шеф был прав: новинка работала превосходно. Электронный “клоп”, вцепившийся в чулок, фиксировал все, что происходило вокруг Джой. Я слышал ритмичный звон протираемой посуды, голоса облепивших стойку мужчин, холодное звяканье миксера. “Уже сегодня, — подумал я с растерянностью и злорадством, — я узнаю, чем занимается вечерами моя бывшая подружка, кто делит с нею внешне такую одинокую жизнь. В этом и заключается наше главное преимущество перед миром — знать все, оставаясь незамеченными”.

Рядом с Джой появился Нил Формен.

Типичный интеллектуал, очкастый, рассеянный.

Не знаю, что Джой нашла в нем. Но говорить умеет, это точно. У Джой всегда была страсть к краснобаям.

“У меня?..”

“Нет, Нил. Не сегодня. Если я зайду, ты меня уже не отпустишь. А завтра мне надо выглядеть хорошо”.

“Мы сегодня не увидимся?..”

“Так сильно хочешь?..”

“Сильнее, чем ты думаешь…”

“Я разрешаю… Загляни ко мне… В десять…”

Издали я видел улыбку Джой. Нормальную улыбку вполне нормальной влюбленной женщины, управляющей своими чувствам. “Ненадолго… После одиннадцати…”

Я запил глотком виски металлический привкус во рту и вышел из бара.

5

Выпил я немного, поэтому сразу определил: в моей квартире побывали “гости”.

Например, я никогда не ставлю кресло перед окном, там высокий подоконник. А я люблю смотреть вниз, люблю видеть суету, вслушиваться в уличный шум. Это удобнее делать стоя. Во–вторых, потянув носом, я почувствовал чужой запах незнакомых сигарет. А в–третьих…

Я медленно прошелся по комнате.

Внимательно изучил книжную полку.

Заглянул под заднюю стенку телевизора.

Сдвинул цветные репродукции Виани, украшавшие стену.

Пусто. Никаких следов.

Обычная проверка со стороны Консультации?

Я покачал головой.

6

Не помню, что меня разбудило.

Что‑то темное клубилось в моих снах, подсознание бунтовало. Ну да, я расслышал слабый щелчок. Аппаратура, настроенная на одиннадцать, включилась? Набросив халат, я раскурил сигарету и упал в кресло, перед которым на полу стоял радиоприемник. Он был уже настроен на нужную мне волну.

“Ох, еще…”

Этот птичий язык, эта сладкая тарабарщина.

Звук поцелуя. Стон. “У тебя добрые руки… Еще…”

Мне не раз приходилось вторгаться в тайное тайных, но никогда я не испытывал такого бешенства. Джой не оставила мне надежд.

Потом они долго молчали.

Плеснув в стакан виски, я ждал.

Наконец Формен заговорил,

Я отчетливо слышал каждое слово.

Со смехом и с торжеством болвана инженер Нил Формен описывал пляску святого Витта, исполненную неким господином, пытавшимся попасть в один секретный цех. Видимо, Формен был связан с секретным производством. Я даже подумал, что Джой работает с ним, но эти слова. “У тебя добрые руки…” Черт возьми, вдруг пришло мне в голову, — он говорит о Джеке! Секретное производство, некий сейф… А Джой смеялась. Ей и в голову не приходило, кем был “некий господин”. “Где твои руки?.. Еще… Ох, ниже… Ты чувствуешь?..”

Звук поцелуя.

“Ты смеялась бы по–другому, — ухмыльнулся я, знай, — что пляску святого Витта, возможно, исполнял твой родной брат”. Видеть такие концерты, даже слышать их — не каждому по силам.

Я выключил приемник.

Меня ничто не связывало с этим миром.

Я проведу акцию, и она будет последней.

Почти с нежностью я вспомнил о магнитных записях, хорошо упрятанных в надежном месте. Вот гарантия того, что шеф не будет на меня сердиться. Кажется, я обеспечил себе тихое незаметное будущее. Теперь я хотел сделать его настоящим. С меня хватит.

7

Зная, как забиты по утрам центральные улицы, я выбирал маршрут, прослушивая сводку по радио. Но все равно попал в пробку. Под желтой кирпичной стеной, окружающей наземный комплекс фирмы “Трэвел”, на фоне сбившихся в стадо автомобилей полыхал гигантский костер — взорвался бензовоз, только что столкнувшийся с тяжелым грузовиком. Шумно суетились пожарники, лезли к огню зеваки. На их лицах читались восторг и плохо скрываемая тревога. Кто‑то в шоке прыгнул через обочину, полуголый, оборванный. Лицо покрыто копотью. Рванув на себя дверцу оставленного хозяином автомобиля, сразу дал газ. Наши взгляды на мгновение встретились, и страх, смешанный с изумлением, перекосил тяжелое небритое лицо незнакомца — несомненно, он узнал меня!

Кто‑то из тех, кем интересовался доктор Хэссоп? Или промышленная контрразведка? Всю дорогу я мучительно размышлял. Гелена, увидев меня, неодобрительно хмыкнула. И шеф покачал головой:

— Плохо спишь, Эл?

— Не имеет значения.

Он, кажется, колебался, но я уже пришел в себя.