Тьма никак не хотела рассеиваться, как бы я не старался. Стоило мне только увидеть просвет, как тут же накатывала чудовищная боль и я с облегчением опять нырял в спасительную темноту, прячась там, словно мягкотелая устрица в своей раковине. Это было недостойной слабостью, и я должен был с ней бороться, но почему-то все время отступал, сдавая свои позиции, и уговаривал себя, что это еще не конец, что вот сейчас я сожму волю в кулак, соберу все свои силы – и тьма отступит. И в конце концов она начала отступать, видимо, уже устав ждать от меня ответной реакции и заскучав.
На смену тьме пришли состояние невесомости и сюрреалистичные видения окружающего меня пространства (это уже потом я понял, что подобные видения были вызваны огромным количеством наркотических медикаментов, что вкололи мне от больших щедрот). А в тот момент меня окружали розовые волны всемирного океана, и все вокруг вспучивалось и перетекало друг в друга, постоянно меняя свои очертания. Иногда мне слышались голоса, женский и мужской, нежный перелив спорил о чем-то с грубоватым рыком. Я еще, помню, подумал тогда, что это ангел и демон спорят между собой, не поделив мою грешную душу. Надеялся, что ангел победит.
Но когда, наконец-то, открыл глаза, то понял, что я в аду. Над головой нависал низкий, темный свод пещеры, ощутимо воняло гарью от одежды и дымом от костра, а в тени за головой о чем-то тихо переговаривались хриплыми басками черти.
– Ваша Светлость! – вдруг позвал меня один из них, и я малодушно прикрыл глаза (может, отстанут?). – Ваша Светлость!
Да что ж он настойчивый такой! Приоткрыл один глаз. О, князь! Что, тоже в ад попал?
– Ваша Светлость, как вы себя чувствуете? – Олмен присел рядом на корточки и склонился ко мне, сверля внимательным взглядом.
– Паршиво, – просипел я. – Где мы?
– В пещере, Ваша Светлость. Помните, мы на мины напоролись?
Какие мины в аду? И тут я вспомнил: тихий щелчок; вопль Олмена; секундное замешательство; Нина за спиной; свой отчаянный прыжок и взрыв…
– Нина! Жива?! Где она? – вскинулся я и невольно застонал, спину пронзила острая боль. В голове зашумело, перед глазами закружились черные мухи, сознание поплыло. Ну нет! Только не сейчас! Теперь я не сдамся! Осторожно лег обратно на свой спальник и зажмурился, прогоняя мельтешащий рой перед глазами. – Как остальные? Все живы?
– Бредли погиб… И проводник тоже, – сокрушенно качнул головой князь. – Нина полагает, он специально нас на минное поле завел. Говорит, походка у него была характерная, и землю щупал постоянно. Потом вообще сбежать хотел, но не успел.
– Где Нина? – я осторожно повернул голову, памятуя прошлую попытку резво вскочить, и осмотрелся. У костра кашеварил Аллэр, помешивая там что-то тошнотворное палочкой (нет, на самом деле это была овсянка, но меня от нее все равно тошнило). Матин мялся у входа в пещерку, своей могучей спиной перекрывая практически весь проем. – А Крывник где?
– Крывник местность осматривает. Мы тут давеча на отряд повстанцев нарвались. Человек семь было. Видимо, тайник свой пришли проверить. Уложили всех.
– Сколько же мы тут сидим?
– Четвертые сутки, Ваша Светлость.
– Ох ты ж, Ёшкин кот! – изумился я и снова попытался подняться. Князь тут же услужливо кинулся мне помогать и, подсунув под спину вещмешок, помог сесть.
– Вы трое суток без сознания были. Только вчера впервые пошевелились. Мы уж испугались, что сильно вас контузило. Трогать боялись.
– А Нина где? – в очередной раз задал я свой вопрос.
– Как вы себя чувствуете, Ваша Светлость? Не болит чего? Может попить дать? Или еще какая надобность есть? – засуетился он вокруг меня. Ну сейчас еще одеяло подоткнуть осталось и бульоном из ложечки накормить. Мамаша заботливая. А чего это он, собственно, все суетиться-то? И от вопроса опять уходит. Какого хрена?! Что с Ниной?
– Встать! – скомандовал я хриплым голосом, и, вздрогнувший князь, тут же вытянулся по стройке смирно. – Где госпожа Климова? Что с ней? Ранена? Отвечать!
– Ушла, Ваша Светлость!
– Что? Куда ушла?
– Не могу знать, Ваша Светлость! Велела ждать здесь и ушла.
– Что значит велела ждать? Вы кому подчиняетесь? Или вам напомнить о субординации?
– Никак нет, Ваша Светлость! Виноват!
Какого черта здесь твориться? Куда она ушла? Что за самодеятельность?! Нужно быстрее вставать на ноги и разбираться самому, а то полный бардак тут устроили, куда хочу – туда иду, что хочу – то и ворочу.
– Как давно она ушла?
– Два дня назад, Ваша Светлость!
– Когда вернется?
– Сказала через два-три дня, если ничего не случиться.
Не случиться, как же! Да она просто магнит для неприятностей! Злости на нее не хватает, честное слово!
– Значит так, ждем еще сутки, затем выдвигаемся к последней цели.
– Но как же так?! – всполошился князь, забывая о дисциплине. – Вам же еще нельзя! У вас контузия! Да вы и на ноги еще не встали!
– Встану. У меня в запасе еще сутки. Кстати, – вспомнил я, откидывая одеяло (ты только глянь, даже трусов не оставили!), – одежду мою принеси. И что у нас тут с грузом? Что обнаружили? Маячки поставили? Отряд для отгрузки вызвали?
