22 июня 1977 года Огородник был тихо задержан у входа в собственную квартиру в доме № 2/1 на Краснопресненской набережной. Ему только объявили, что он арестован по обвинению в измене Родине в форме шпионажа в пользу США.
Шпион был настолько ошарашен, что за какие-то мгновения бледность на лице сменилась пунцовостью. Холодный пот предательски оросил лоб, виски, шею, а потом предательски остудил загривок.
«Это все. Конец всему тому, что я запланировал. А ведь впереди еще столько лет можно было прожить в свое удовольствие. Где и как я прокололся?…»
Мысли его прервали цепкие руки дюжих оперативников.
Его провели в квартиру вместе с понятыми, где провели обыск. Нашли всю шпионскую экипировку. Поскольку улики были неопровержимыми, Огородник не стал отрицать своей вины.
Кроме того, он указал место расположения тайника в гараже, в котором находился контейнер с вложенной запиской на русском языке:
«Внимание!
Товарищ! Ты случайно проник в чужую тайну, подобрав чужой пакет и вещи, которые были предназначены не для тебя. Оставь деньги и золото у себя, но не трогай других вещей в пакете, чтобы не узнал слишком много и не подвергнул свою жизнь и жизнь твоих близких опасности. Возьми вещи, которые представляют для тебя ценность, а остальное содержимое и пакет выброси в реку, в любое глубокое место, и забудь обо всем. Никому не говори о твоей находке, иначе ты только подвергнешь себя и твоих близких большим неприятностям.
Ты предупрежден!!!»
Затем Огородник пожелал собственноручно написать показания о своей шпионской деятельности. Он, не торопясь, сел за письменный стол, взял бумагу и рядом лежащую ручку.
При первичном допросе ему стало «плохо». Вызвали «скорую», но спасти не удалось. По одним, официальным данным, он отравился, воспользовавшись капсулой с сильнейшим ядом кураре, спрятанной в кнопке для выдвижения стержня авторучки.
В связи с этим обнаружилась интересная запись, сделанная «Агрономом» в дневнике 13 апреля 1977 года:
По другим оценкам некоторых «ветеранов КГБ»: живой «Трианон» легко-де мог скомпрометировать не только секретаря ЦК партии К. Русакова, своего несостоявшегося тестя, но и члена Политбюро ЦК КПСС А. Громыко, руководителя МИД СССР. И чехо-советский разведчик-нелегал, внедренный в ЦРУ, Карел Кехер придерживался такого же мнения.
Вот его слова:
Итак, в деле смерти Огородника до сих пор остается много неясного. Один из участников операции по разработке агента ЦРУ
Огородника генерал-майор В.К. Бояров вспоминал:
