Агент советской внешней разведки, сотрудник ЦРУ Олдрич Эймс со временем докладывал в Москву:
Почему? Дело в том, что Толкачев выдал американцам систему оповещения и контроля «свой — чужой». Как писал коллега автора Игорь Атаманенко:
Вот она цена предательства одного специалиста, даже не высокого ранга!
Впервые Толкачев попал в поле зрения органов КГБ в начале 80-х, когда советская разведка установила широкую осведомленность США по нашим новейшим разработкам в области радиэлектроники. Таким образом, был отфиксирован конкретный канал вероятной утечки секретных данных, по которому уходила информация о направлениях научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ в области радиоэлектронного оснащения современных советских самолетов.
Предстояла большая по объему и кропотливая работа контрразведчикам просеять через сито возможной причастности к утечке тысячи работников радиоэлектронной промышленности и ее отраслевых НИИ. И с этой работой чекисты справились. Сначала под проверку попали тысячи, потом остались сотни, и, наконец, заработал метод исключения, когда осталось десяток наиболее подозрительных. В конце концов, наиболее вероятным виновником утечки оказался Толкачев.
Стали изучать его абонентские карточки секретной библиотеки НИИ радиопромышленности и выяснили, что, начиная с 1981 года, Толкачев неизменно проявлял повышенный интерес к технологии создания советскими КБ бомбардировщика-невидимки. Именно в это время американцы стали разрабатывать свой вариант самолета, которого сложно засечь средствами ПВО. Американский «стеллс» был полным аналогом нашего «невидимки».
Перед контрразведчиками стояла непростая задача. Сразу его арестовать, значит обрубить преступные связи среди американцев, а их надо было разоблачить. Выяснилось, что интерес агента противника к секретным данным беспределен, а доступ к ним неограничен. Надо было что-то сделать такое, что могло хоть как-то нейтрализовать нанесенный ущерб обороноспособности. Решили вспомнить то, чем занимался СМЕРШ в годы войны в ходе радиоигр — провести серию дезинформационных мероприятий. Расчет делался на абсолютное доверие к Толкачеву операторов ЦРУ. Был подготовлен конкретный план мероприятий, нейтрализующих или сводящих до минимума нанесенный урон. И этот план был выполнен. Через секретную библиотеку НИИ, где «кормился» шпион, была подготовлена глубоко и грамотно большими умами, как на Лубянке, так и учеными из оборонки дезинформация. Толкачева, таким образом, делали проводником продвижения к противнику внешне заманчивых, но по сути тупиковых идей, т. е. отключения на «негодный объект». Это касалось дезинформации о направлениях в разработке самолета-невидимки в СССР. Агент «Сфиэ» был «на седьмом небе» от успехов. Как же, он «нарыл» дорогой материал для США.
А в итоге с помощью одураченного предателя удалось помешать инженерам корпорации «Нортроп» завершить работы над чудо-самолетом «Стеллсом» в намеченные сроки и вынудить военно-промышленный комплекс США пойти на огромные затраты…
