Шпионские страсти полностью

Комель вытащил из «бардачка» толстую пачку зеленоватых купюр. Варвара придвинула к нему свою сумку. Комель дернул молнию., и поднял на женщину бешеный взгляд.

Варвара почувствовала, как сердце ее проваливается в пятки. Такой взгляд не предвещал ничего хорошего.

Она опустила глаза на сумку.., и увидела в ней, вместо хорошо знакомой папки с документами, большой пакет с надписью: «Мука пшеничная предпортовая, вес два килограмма».

Варвара вспомнила неуклюжую толстую тетку, с которой только что столкнулась, и поспешно затараторила:

— Извините, господин Комель, накладочка вышло.., это случайно.., я сейчас ее догоню и все вам представлю в лучшем виде…

— Накладочка! — заревел Комель и выхватил откуда-то из-за спины огромный страшный пистолет. — Да я тебя за такую накладочку! Комеля еще никто кинуть не пробовал! А кто и пытался — все по кладбищам отдыхают!

И в это страшное мгновение на машину со всех сторон хлынули люди в черных масках и пятнистых комбинезонах, точно такие, как в страшном Варварином сне.

— Стоять! То есть сидеть! — заорал старший группы, выворачивая руку Комеля с пистолетом — Ну, Комель, не зря я тебя три месяца пас! Теперь не от вертишься! Вот оно — то, что док гор прописал! Оружие — раз, деньги — два, а тут у нас должны быть наркотики.., имеем факт приобретения крупной партии наркотических веществ!

— Какие наркотики!.. — заныла Варвара. Это, дяденьки, обыкновенная мука…

— Мука? — переспросил старший, покосившись на Варвару. — Какая еще мука?

— Предпортовая.

Спецназовец хрипло рассмеялся:

— Это за муку он тебе такие деньжищи отвалил?

Старший прорвал пальцем пакет и попробовал на язык белый порошок. Лицо его недоуменно вытянулось, но тут же снова посветлело:

— А мы что вещество отдадим на экспертизу! Наши спецы поработают и узнают, какая это мука! Зря мы им, что ли, деньги платим?

Он защелкнул на запястьях Комеля наручники и выволок его из машины. Но прежде Варвара успела перехватить взгляд уголовника. Он прожег женщину смертельным зарядом ненависти. Напоследок Комель прошептал так, чтобы услышала его только Варвара:

— Я-то выпутаюсь, а тебе, сука, кранты!

— Сообщницу тоже оприходуем, — распорядился старший опергруппы. — Будем оформлять как наркодилера!

На руках Варвары защелкнулись стальные браслеты. Ей показалось, что это с металлическим лязгом закрылась дверь в прежнюю, счастливую жизнь.

На другой стороне улицы, в густой толпе зевак, стояла полная шатенка средних лет. Пронаблюдав за событиями, она покачала головой: эффект явно превзошел все ожидания!

Тем не менее она вытащила свой заветный разлинованный листочек, нашла в нем четвертую сверху фамилию — Варвара Полуденная и поставила против этой фамилии галочку.

На следующий день без пяти восемь Маркиз сидел в неприметной «девятке» напротив стоматологической клиники. Лола устроилась на заднем сиденье его машины и непрерывно ворчала вполголоса. Все происходящее ее совершенно не устраивало.

За углом, в тихом переулке, в такой же скромной машине дожидался команды Ухо.

Еще две машины с временно привлеченными к делу достаточно надежными людьми несли вахту на небольшом удалении от объекта.

Маркиз покосился на часы, и в это время из двери клиники вышла доктор Неврозова.

Вид у нее был самый невинный — усталая женщина возвращается с работы после напряженного трудового дня.., трудно было поверить, что именно она вчера так ловко и профессионально ушла от слежки, обведя Маркиза вокруг пальца как первокурсника.

Леня щелкнул кнопкой на приборном щитке машины, включая переговорное устройство, и вполголоса проговорил:

— Второй, третий, четвертый! Говорит первый! Птичка вылетела! Готовность номер один! Начинаем операцию «Птицелов»!

— Первый, я второй! Первый, я третий! Первый, я четвертый! — послышались голоса из динамиков. — Вас поняли! Есть готовность номер один!

— В детстве не наигрались в казаков-разбойников? — ехидничала Лола на заднем сиденье. Маркиз предпочел сделать вид, что не расслышал ее реплику.

Женщина села в тот же самый синий «Пежо», что накануне, и поехала в сторону центра. Леня немного выждал и тронулся следом за ней. Она не спешила, сохраняла скорость не больше сорока километров, и Леня тоже еле полз, стараясь держать между своей машиной и синим «Пежо» достаточно большую дистанцию.

На этот раз синий «Пежо» остановился возле большого обувного магазина.

Леня затормозил на углу, откуда хорошо просматривался вход в магазин, и включил рацию:

— Второй, второй, я первый! Птичка в обувном магазине «Центрино» на Второй Советской. Подстрахуй ее возле второго выхода, в параллельном переулке. Имей в виду — она только с виду проста, на самом деле баба очень хитрая!

— Я тебя понял, — отозвался Ухо. — Занял позицию, жду дальнейших указаний.

Леня смотрел то на дверь, то на часы. Прошло уже почти полчаса, а Неврозова все не выходила из магазина, и Ухо не подавал никаких сигналов.

— Интересно, что она там делает столько времени? — протянул Маркиз.

— Действительно интересно, — поддержала его Лола. — Надо будет непременно заехать в этот магазин. Она там явно нашла что-то заслуживающее внимания.