Мать и сын веселые и расслабленные. Погода прекрасная. Лотар неожиданно уехал на конференцию в Варшаву и будет два дня отсутствовать, поэтому настроение у них отличное. Завтра они с Густавом поедут на велосипеде к ее сестре Лотте, «второму человеку на свете, которого я люблю», радостно сообщает мне она. Доверив мальчика своей матери, которая искренне сожалеет, что это не мой ребенок, я веду товарища [удалено] в хирургический кабинет на чердаке и громко запускаю Баха на граммофоне. Церемонно и, я бы даже сказал, робко она вручает мне коробку с шоколадными конфетами, подаренную ей Эммануэлем Раппом, и призывает меня не съедать все сразу. Открыв коробку, я вижу вместо бельгийских шоколадок две кассеты с микрофильмами. Я сажусь на табурет рядом с ней, так что она говорит мне почти на ухо. Я спрашиваю, что содержат эти микрофильмы. Ответ: секретные документы Штази. Как она их заполучила? Ответ: перефотографировала сегодня с помощью камеры «Минокс» Эммануэля Раппа сразу после особенно унизительного полового акта. Едва он закончился, как Нахрапп умчался на совещание в Доме № 2, так как уже опаздывал. Ей хотелось отомстить, и она ничего не боялась. Документы были раскиданы на его рабочем столе. А камеру он днем держит в ящике стола.
— Офицеры Штази обязаны соблюдать правила безопасности двадцать четыре часа в сутки, — говорит она тоном аппаратчика. — Но Нахрапп настолько самонадеян, что считает себя выше всяких правил.
— А как же кассеты? — спрашиваю я. Как она объяснит их пропажу?
Ответ: Нахрапп ведет себя как ребенок, чьи прихоти должны немедленно удовлетворяться. Даже высшим офицерам запрещено держать в личном сейфе специальное оборудование (камеры, записывающие устройства), но Рапп нарушает это правило, как и все прочие. Более того, в спешке покинув комнату, он оставил сейф открытым, что является еще одним грубейшим нарушением безопасности, и ей не пришлось иметь дело с восковым замком.
Я спрашиваю: что это такое? Она объясняет: все сейфы Штази оборудованы сложным цифровым замком, а сверху еще шлепается восковая блямба. Закрыв сейф, законный владелец оставляет оттиск в мягком воске с помощью секретного ключа и присоединенной к нему печати [
Она утверждает, что, при всех заморочках по поводу внутренней безопасности, сотрудников с безупречными пропусками не обыскивают. К примеру, пропуск товарища [удалено] позволяет ей свободно перемещаться между Домом № 1 и Домом № 2 комплекса Штази. Я спрашиваю ее, как мне следует поступить с переданными мне кассетами, и получаю ответ: передать британской разведке. Почему не американской, спрашиваю я, чем вызываю у нее шок. Я коммунистка, говорит она. Империалистическая Америка — мой враг. Мы спускаемся вниз. Густав играет в домино с моей матушкой. Она встречает нас словами, какой это прелестный ребенок, как прекрасно он играет в домино и как бы ей хотелось его украсть.
