Новенькая стояла возле литераторши и спокойно смотрела на класс. А класс смотрел на нее, и девчонки в разных углах уже завистливо-презрительно фыркали: «Ну и имечко… а фамилия… и вся из себя примерная, сразу видно…»
А Колька не понял, во что она одета и почему она примерная. Он видел что у этой девчонки густющие русые волосы, распущенные по плечам, большущие и веселые синие глаза и симпатичный носик. И еще он понимал, что чудеса бывают, потому что Зорина смотрела не него и немного улыбалась.
— Нина Николаевна, а можно, она со мной сядет, — услышал Колька свой собственный голос. — Олег же все равно уехал…
Класс грохнул. Литераторша удивленно и даже озабоченно посмотрела на мальчишку. (Кстати, Колька заметил, что многие ребята смотрят на него с завистью, хотя и смеются).
— Ну, я не знаю… — неуверенно сказала Нина Николаевна. — Если сама Зорина не против…
— Я не против, — негромко, но отчетливо ответила Зоринка.
— Хорошо, садись… Хватит смеха, начнем урок.
— Колька поспешно убрал рюкзак, давая место новой соседке. И, замерев, не веря что все так и есть, шепнул:
— Привет, Зоринка.
— Привет, Коль, — шепнула она в ответ его имя, которого никто тут не называл. И положила перед собой свой рюкзачок, чтобы приготовиться к начавшему уроку литературы.
А Колька смотрел, смотрел на нее и улыбался.
