Снова, ведя огонь по цели, дрон промчался над машиной, и теперь берсеркер встретил его лбом. Я повторил свой разворот, но на этот раз монстр дал нам меньше времени на манёвр. Когда я помчался мимо него обратно, берсеркер махнул лапой, и острые когти с лязгом прошлись по заднему крылу машину. От мощи удара автомобиль занесло, и мне с трудом удалось удержать его от переворота. Однако, драгоценные секунды были потеряны. Берсеркер развернулся и присел для прыжка, который должен был смять крышу у меня над головой и, без сомнения, лишить меня жизни.
В это мгновение еще один дрон разлетелся вдребезги об голову монстра, и несколько его обломков лязгнули о кузов машины. Это сбило концентрацию внимания дьявольской твари, и я тут же вдавил педаль в пол. Берсеркер зарычал, но его рев внезапно оборвался, когда Лилит разбила об него последний дрон.
– Клайд! Клайд! Ты там?! – закричала она в рацию.
– Здесь! И живой! – я тоже кричал, в это мгновение эмоции и адреналин превысили все допустимые границы. – Обожаю тебя, милая!
– Я больше вас не вижу, ребята! Разбила всех дронов!
– Больше и не надо, – проговорил Ален, и следом за его словами раздался выстрел.
– Ну, что там?!
– Попал, – сообщил он – Сказал же, что не промахнусь.
Зверь все ещё мчался за мной.
– Сколько мне еще от него убегать?
– Должно подействовать быстро, – заверила Лилит.
– Что-то незаметно.
Наша безумная погоня продолжалась по полю, которое еще полчаса назад было символом безмятежности и спокойствия, а ныне превратилось в поле боя человека с рукотворным чудовищем. Но зверь стал отставать. Постепенно он замедлял свой бег, и скоро пропал в клубах пыли за моим болидом.
– Действует! Действует! – ликовала Лилит так, словно до конца не была уверена в том, что ее коктейль сработает. Теперь она наблюдала за битвой, пересев за камеры тягача.
– Что с ним?
– Ублюдок остановился, – сообщил Ален, – и весьма удивлен происходящим.
Я быстро сбавил скорость и развернул машину.
Берсеркер стоял посреди поля на своих лапах. Клубы пыли вокруг него еще не до конца рассеялись. Зверь покачивался, мотал головой и рычал. Из его опущенной к земле вытянутой пасти тянулась длинная слюна до самой земли. Он попытался сделать шаг и завалился на левый бок. Яростный рык превратился в утробные хрипы и постепенно сошел на нет.
– Кажется, заснул, – проговорил Ален.
Поле снова стало погружаться в тишину в лучах полуденного солнца. Только теперь я уже не различал в ней стрекота насекомых. По-видимому, все живые существа поспешили зарыться, улететь, уплыть и убежать как можно дальше от всего происходящего. И я хорошо понимал их.
Мне захотелось покинуть душную кабину машины. Противиться этому желанию я не стал и, открыв дверь, вывалился на траву, словно мешок с дерьмом. Планировал просто выйти, но ноги подкосились и, упав на землю, я даже не попытался подняться. Лишь перекатился на спину и устремил свой взор в безоблачное голубое небо, такое спокойное, такое безмолвное и такое безразличное ко всему, что происходит на этой грешной земле.
– Клайд, ты в порядке? – спросил обеспокоенный голос Лилит.
– Ага. Просто дух перевожу.
– Работа еще не закончена, командир, – напомнил Ален.
– Знаю. Как там обстановка?
– Все спокойно, – отозвалась Лилит. – Сканер молчит.
– Отлично. Тогда дайте мне пару минут.
– Я пока ближе подкачу машину?
– Давай.
Бездонное голубое небо приковывало мой взгляд, и не хотелось отводить его. Не хотелось смотреть ни на что другое. Нет ничего более спокойного и умиротворенного, чем это высокое небо. И если я отведу взор, меня снова вернет в безумный водоворот событий земного мира, который подхватит меня и унесет прочь. Но в тот момент, глядя в это небо, я вдруг словно попал в центр смерча, где царит тишина и покой. И мне хотелось продлить это состояние, как можно дольше, дать себе минуты, чтобы перевести дух и успокоить колотящееся сердце.
Скоро в мою безмятежность стал вторгаться отдаленный, тихий рокот приближающегося тягача. Магия момента стала развеиваться, и я, не дожидаясь, пока она исчезнет окончательно, поднялся сначала на локтях. Тряхнул головой, отгоняя головокружение, и стал медленно подниматься на ноги. Все тело трясло, но уже не так сильно, как в первые минуты. Сердце тоже вернулось в свой привычный ритм, и дыхание нормализовалось.
Обернувшись на свою машину, я осмотрел то место, куда нанес удар берсеркер. Заднее крыло от колеса до бампера было смято и по нему тянулись две рваные полосы от острых когтей. «Еще чуть-чуть, и эти когти рвали бы мою плоть», – подумалось мне тогда. Но эта мысль не вызвала страха. Я принял ее спокойно. Я уже почти два года играл со смертью и, похоже, что к этому, как и ко всему остальному в нашем мире, можно привыкнуть.
