С этими словами он резко развернулся и быстрым шагом удалился. А я стоял, словно вросший в пол чурбан, глядя на оживленную улицу, что начиналась всего в каких-то десяти метрах от ворот моего гаража. Там сновали люди, проезжал транспорт, а я смотрел и не видел ничего этого. Мой мозг снова и снова прокручивал в голове последние слова Роланда. «Что он хотел сказать?» – Я понял его посыл, но не мог поверить в это. Он весьма неоднозначно намекал на то, что во всем случившемся с Грешниками не было никакой случайности. Более того, он можно сказать, прямым текстом заявил, что имеет к этому непосредственное отношение. «Но, как такое возможно?» – недоумевал я, – «Может, просто блеф?». Конечно, самым логичным было бы предположить, что Роланд только пугал меня, новичка охотника, по его мнению. Тем более, что для него не секрет мои отношения с Лилит, и это тоже могло сыграть ему на руку. Одну семью я потерял и не стану жертвовать второй, если он угрожает этим. Да, логичный поступок. Но мне почему-то не верилось, что его слова только блеф. Нет, я смотрел в его глаза и видел в них нечто иное. Я видел в них угрозу. Реальную, не напущенную. И это пугало. Действительно пугало.
В тот день я уже не мог ничем заниматься. Бросил работу в гараже и большую часть времени провел в раздумьях. И, конечно же, Лилит обратила на это внимание. Она несколько раз за день поднимала тему моего странного, отрешенного и задумчивого настроения, однако я пытался либо отшутиться, либо изобразить удивление и непонимание. Я не собирался рассказывать ей правду и был рад, что Лилит в то утро нежилась в постели и не застала нашего разговора с Роландом. Пока я не решу, что с этим делать и как понимать слова Серого Койота, мне не хотелось пугать свою команду. Но как я мог что-то решить в данной ситуации? Размышления вновь и вновь упирались в недостаток информации, и это напоминало хождение по замкнутому кругу.
Понимая, что никаких новых результатов мои размышления не дадут, я пришел к единственному верному выводу – мне нужна помощь со стороны. Вот, только, чья? Сначала я всерьез подумывал о том, чтобы обратиться к Патрику. В конце концов, он влиятельный человек, именно он финансировал нашу группу, и он просто обязан знать, если нам угрожают. Но, с другой стороны, я спрашивал себя: «Что он сможет сделать?». Койоты еще более влиятельны. Они в городе уже давно, у них железобетонная репутация и серьезные связи. А оттого, что я рассказал бы Патрику о нашем разговоре с Роландом, пользы могло оказаться не больше, чем от ябедничества родителям на школьного хулигана, с учетом того, что этот самый хулиган – сынок директора школы. Да, примерно так и выходило. Более того, возможно, и Патрик, человек по своей натуре не самый смелый, предложил бы и вовсе прикрыть наше дело, не желая рисковать жизнью племянницы.
Был и второй вариант. С одной стороны самый верный, а с другой… да, притворить его в жизнь было нелегко. Однако, ситуация складывалась так, что, похоже, иного выбора у меня не оставалось. Я должен был вновь наведаться в бар «Кожа-да-Кости».
Решение это было нелегким, вымученным плодом бессонной ночи. Обратиться к Грешникам значило признать свою несостоятельность, свой страх перед Койотами.
«Но если Роланд действительно причастен к тому массовому нападению легионеров каким-то немыслимым образом, то разве Джим не должен знать этого?» – убеждал я себя мысленно. «А если не причастен, и все это – пустой блеф, то кто обвинит меня в том, что я забочусь о собственной группе? В конце концов, я должен знать своего врага, а кто, как не Хирург, сможет рассказать мне о Сером Койоте?». Я надеялся, что он успокоит меня и скажет, что все это лишь лай, цель которого отпугнуть противника, но никак не вступить с ним в схватку, и если я не поведусь, то пройду своего рода проверку в рядах охотников и смогу спокойно продолжить работу. Правда, как убедить Хирурга рассказать мне хоть что-то, я не знал. Этот здоровяк и без того был немногословен, а теперь я для них стал предателем, бросившим группу. Или, может, стал только для Джима? Ведь, в действительности я не знал, как ко мне теперь относится этот угрюмый тип.
Так или иначе, все мои размышления и сомнения ничего не меняли. Я должен был попытаться узнать хоть что-то о Койотах и их лидере. И потому на следующий же день после разговора с Роландом, рано утром я стоял у дверей клуба Кожа-да-Кости. Может, следовало прийти позже, но мне, все равно, не довелось поспать этой ночью. Да и Лилит, если повезет, не заметит моего отсутствия, и не придется ей ничего объяснять. Оставалось лишь надеяться, что Джим и Хирург просыпаются так же рано, как и прежде. У меня, ведь, это привычка сохранилась.
