«Добрались! Добрались!» – стучало в висках. – «Ты смог, Клайд! Ты вытащил их и свою собственную задницу из огня! Ты выиграл главную гонку в свой жизни!».
У каравана нас встретили военные и, к моему глубочайшему удивлению, Джулия.
– Привет, Клайд, – улыбнулась она и обняла меня, но не так, как раньше, даже не так, как обнимала в последнюю встречу. Это были дружеские объятия.
– Что ты здесь делаешь? – я не скрывал своего удивления.
– Живу и работаю, – беззаботно ответила она, словно этот факт был само собой разумеющимся. – Прошел слушок, что к нам движется команда охотников, потерпевших бедствие. Я сразу подумала о тебе и не ошиблась. Вас сильно потрепало? Медицинская помощь нужна?
– Нет, все обошлось, – заверил я. – Нам удалось оторваться от… – я чуть не сказал «легиона», – стаи. Нас преследовала стая гончих.
Джулия оглядела Алена и Лилит понимающим взглядом.
– Это моя команда, – представил я их. – Мы зовем себя Когти.
– Наслышана.
– Ален, Лилит, это… – я замялся всего на мгновение, подбирая нужную формулировку. – Мой старый друг, Джулия.
Так приятно было произнести эти слова по отношению к ней. Действительно, старый друг, с которым так много всего было связано когда-то очень давно.
– Пойдемте к нам, – пригласила Джулия, когда я загнал машину в чрево одного из гигантских грузовиков. – Передохнёте, поедите, наберетесь сил.
Отказываться мы не стали, и Джулия повела нас через колонну, попутно с охотой рассказывая о том, как у них здесь все устроено. Тогда я впервые узнал и увидел воочию, как живут караванщики. Несколько тягачей тянули за собой целую вереницу прицепов, что очень напомнило мне поезда предков, с их бесчисленными вагонами, через некоторые мы проходили насквозь, другие переходили по крышам. В подавляющем большинстве эти прицепы были грузовыми, и лишь единицы жилыми, но места хватало для размещения нескольких сотен человек, большинство из которых имели лишь собственную койку и немного места вокруг нее, отгороженного от остальных хлипкими, пластиковыми стенками – весьма иллюзорными преградами. В одном таком вагоне под общей крышей могло собираться до сорока человек, как правило, объединенных общей профессией, что, впрочем, не добавляло им комфорта. Но были и другие жилые вагоны, с апартаментами, рассчитанными на вольготное пребывание всего нескольких человек. И селили в них не богатых и уважаемых, а перспективных, то есть семьи. Джулия получила себе такие апартаменты, когда всего месяц назад выяснилось, что моя бывшая зазноба беременна, о чем она сообщила со счастливой улыбкой.
– Поздравляю, – сказал я, осознавая, что действительно рад за нее. – Удивлен, даже очень, но рад.
– Для нас это стало приятным сюрпризом.
– Сюрпризом? – удивилась Лилит. – А как же разрешения города?
– Это караван, не город, – Джулия произнесла это с гордостью. – Здесь такое приветствуется.
И Джулия с охотой поведала нам, как сильно отличалась жизнь в караване от жизни городской, и что, по сути, несмотря на то, что каждый караван имеет приписку к городу, они являются отдельными поселениями со своими законами и иерархией.
– Значит, ребенок не будет зарегистрирован в Филине? – уточнила Лилит.
– Нет.
– Но, ведь, тогда он не сможет стать полноценным гражданином города? У него не будет чипа и…
– И многих прочих ненужных привилегий, – мягко перебила ее Джулия. – Мой ребенок будет гражданином Мира, что куда важнее.
Я узнавал Джулию. Ту самую Джулию, в которую когда-то был так сильно влюблен. В то время, как я изменился, она не поменялась нисколько. Разве что, еще более укрепилась в собственных взглядах на мир, выросла и, похоже, нашла свое место в нем и единомышленников. Я действительно, был за нее очень рад.
Джулия проводила нас в свои апартаменты, где познакомила с приветливым светловолосым парнем по имени Кирк, во всей внешности коего, выправке, стрижке, одежде и даже голосе, была отчетливо видна армейская выучка. Кирк и был отцом их будущего ребенка и официальным супругом Джулии.
Предоставленные новоявленной семье апартаменты представляли собой одну большую комнату со столом по центру и обступившими его с двух сторон очень удобными и мягкими диванами. Здесь же располагалась небольшая кухонька, а за импровизированной ширмой – нечто вроде спальни. Были здесь и такие удобства, как туалет и душевая кабинка, которыми мы все с радостью воспользовались.
Я и не думал прежде, что люди в дороге, за стеной, способны жить в подобном комфорте и умеют окружить себя домашним уютом, да таким, какой далеко не каждому дано познать даже внутри стен Филина.
