Шрам полностью

Теперь в распоряжении этих неясных фигур все воды мира. Океаны: Райм, Боксаш, Вассили, Таррибор и Тьюхор, Немой и Вздувшийся. А еще Господское море, Спиральное море, Часы, Тайное и другие. А еще все проливы, протоки и каналы. А еще все бухты и шхеры.

Как им обследовать все это? С чего начать?

Они спрашивают у моря.

Они направляются на глубоководье.

«…Где плавучий город?» – спрашивают они.

Король акул-гоблинов не знает или не хочет знать. Корокант отказывается говорить. Охотники спрашивают в других местах: «…Где плавучий город?»

Они находят разведчиков из числа морских чертей, замаскированных под треску или угрей. Те заявляют о своем полном неведении и уплывают, чтобы еще подумать. Охотники спрашивают у салиний – элементалов соленых вод, но никак не могут разобрать их ответы – жидкие выплески информации.

Поднявшись вместе с солнцем и всплыв на поверхность, охотники раскачиваются на волнах и снова начинают думать.

Они спрашивают у китов.

«…Где плавучий город?» – спрашивают они у громадных глупых пожирателей криля, у серых, горбатых, голубых. Они садятся на них, как всадники, и воздействуют на центры удовольствий в их тяжелых мозгах. Они подкупают их, направляя тонны планктона, этого паникующего супа, в ухмыляющиеся китовые пасти.

Вопрос охотников превращается в требование.

«…Найдите плавучий город», – осторожно говорят они словами достаточно простыми, чтобы киты могли понять.

И киты понимают. Огромные животные погружаются в задумчивость, их мозги так неповоротливы, что охотники начинают проявлять нетерпение (но они знают, что должны ждать). Наконец, после нескольких минут, в течение которых слышен только один звук – китовые челюсти перемалывают воду, – ударив одновременно хвостами по воде, они нарушают молчание.

Они, кряхтя, направляются за тысячи миль, посылают сигналы с эхолокаторов, зондируют, обмениваются дурашливыми посланиями, делают то, что им было сказано: ищут Армаду.

– Они хотят поднять аванка.

На лице Сайласа появилось выражение недоумения, несогласия, целая гамма оттенков сомнения.

– Это невозможно, – сказал он, тряхнув головой.

Беллис скривила губы.

– Потому что аванки – легенда? – резким тоном спросила она. – Вымерли? Детские сказочки? – Она сложила губы трубочкой и потрясла томиком Круаха Аума. – Тот, кто приходовал эту книгу, решил, что здесь детские историйки. Я знаю верхнекеттайский. – Голос ее зазвучал взволнованно. – Это не детская книга.

День сходил на нет, но городские звуки снаружи еще не стихали. Беллис выглянула в окно – напластования ярких цветов обесцвечивались. Она протянула Сайласу книгу и снова заговорила.

– Я больше почти ничего не делала эти два дня – только рыскала по библиотечным полкам, как свихнувшийся призрак, и читала книгу Аума.

Сайлас, одну за другой, неторопливо переворачивал страницы, глаза его пробегали по тексту, словно он понимал, что там написано, но Беллис знала – не понимает.

– Это верхнекеттайский, – сказала она. – Но книга не старая и не из Гнурр-Кетта. Круах Аум – анофелес.

Сайлас в ужасе поднял на нее глаза. Последовала долгая пауза.

– Можешь мне верить, – сказала Беллис. Она чувствовала себя опустошенной, и голос у нее звучал соответственно. – Я понимаю, как к этому можно относиться. Два последних дня я провела, пытаясь выяснить все, что только можно… Я тоже думала, что они вымерли, но на самом деле они еще только вымирают. Вымирают вот уже две тысячи лет. Когда погибло Малярийное женоцарство, их уничтожили в Шотеке, Рохаги, в большей части Шарда. Но им удалось выжить… Они обосновались на малюсеньком скалистом островке к югу от Гнурр-Кетта. Можешь верить или нет, но даже после женоцарства остались люди, которые поддерживают с ними торговые отношения. – Она мрачно покивала. – У них есть какие-то договоренности с Дрир-Самхером, или Гнурр-Кеттом, или с обоими. Не могу разобраться… И похоже, они пишут книги. – Она указала на томик в руках Сайласа. – Только богам известно, почему это написано на верхнекеттайском. Может быть, они на нем теперь и говорят; тогда это единственный народ в мире, говорящий на этом языке. Проклятие, Сайлас. Может, все это чушь собачья, – вдруг раздраженно сказала она. – Может, все это мошенничество, вранье или – ну да – детская сказочка. Но Тинтиннабулум приказал мне искать все, что написал Круах Аум, так неужели ты думаешь, что тема этой книги случайна?

– И о чем здесь говорится?

Беллис взяла у него книгу и медленно перевела первые строки.