Мокрые волосы облепили её лицо и шею, по щекам растеклись подводка и тональный крем, и это заставило меня поморщиться.
– Ты в этом возрасте плавать не научилась? – Так и не дождавшись ответа, я опёрся ладонями о скользкий пол. – А вдруг в будущем пригодится?
Девушка мельком глянула на меня и потянулась к рюкзаку, из которого продолжала литься вода. Молча запихала в него учебники, сумочку и карандаши. Но, когда дело дошло до испорченных тетрадей, не выдержала, уронила их обратно на мокрый пол и закрыла лицо ладонями.
До меня донеслись тихие всхлипывания.
– Эй, ты чего? – Мне не доводилось успокаивать девушек, да и вообще кого-либо. Ни разу не видел, чтобы сестра моя плакала или вообще грустила. Поэтому я понятия не имел, как это делается, и просто сел рядом. – Это всего лишь конспекты.
Плечи девушки продолжали сотрясаться в рыданиях, и я неуверенно обхватил её и потянул на себя. Что-то подобное я читал в одной из книг по психологии о том, как успокоить человека, а потому надеялся, что всё делаю правильно. Не умею я ладить с людьми, понимать их, читать эмоции и общаться, как полагается. Эта ситуация для меня стала крайне затруднительной.
Продолжая неловко держать плачущую девушку, я поглядел на промокшие тетради. Одна из них раскрылась, и я заметил внутри ноты, знатно поплывшие от воды.
Я тяжело вздохнул. С другой стороны, я никуда не спешил, поэтому мог просидеть здесь, успокаивая её, хоть до начала завтрашних уроков. Дома вряд ли заметят моё отсутствие. Главное, написать сестре, спросить, у кого она ночует сегодня. Хотя перспектива провести время в сыр ом и холодном помещении в насквозь промокшей одежде не слишком заманчивая. Немного поразмыслив, я сделал вывод, что пора действовать.
– Окей, – начал я с энтузиазмом, не разделяя настроения новой знакомой, и отстранил её от себя. Затем разочарованно поглядел на расплывшееся чёрно-бежевое пятно на белой ткани рубашки. – О, нет, она же совсем новая. Это уже не отстирать.
Услышав эти слова, девушка подала признаки жизни. Только теперь отшатнулась, вырвавшись из моих рук и едва снова не упав в бассейн, и поглядела на меня со страхом.
– Пра-асти, я не хотела, пра-авда… – пролепетала она, в ужасе глядя перед собой.
– Я же пошутил, чего ты так завелась? Это всего лишь вещь.
Девушка посмотрела недоверчиво.
– Слушай, я только что вытащил тебя из воды, а значит, не буду после этого делать с тобой ничего плохого. Бить там или снова толкать в воду. Я не получаю от такого кайф.
Я встал и, поняв, что девчушка не особо активная, поднял с пола её рюкзак и принялся небрежно закидывать в него оставшиеся вещи. Закончив и застегнув молнию, протянул его ей и практически насильно заставил надеть.
– Подожди, не уходи, я свои вещи заберу, – сказал я, опасаясь, что, как только исчезну из поля зрения, она сразу бросится бежать.
Но, когда вернулся, наспех закинув в рюкзак наушники и книгу, обнаружил её, стоящую на прежнем месте.
– Ну же! – воскликнул я, улыбнувшись, и подтолкнул девушку в сторону выхода. – Не стой столбом. Если нас с тобой поймают, заставят оставаться после уроков. А у меня и так проблем хватает.
Когда мы выходили из школы, я накинул на девушку свой пиджак. Хоть и середина осени, но уже достаточно прохладно. Я опасался, как бы она не простудилась на ветру. Потому что на ней всего лишь промокшая насквозь тонкая чёрная рубашка. Я, конечно, тоже остался в одной рубашке, и рукава на ней короткие, но всё же она – девушка. С моей стороны это вежливость.
– Куда тебя отвести? – Я склонился над школьницей, стоило нам выйти за ворота. Она оказалась низкого роста, доставала макушкой мне лишь до груди. В ответ она очень удивлённо на меня посмотрела. – В смысле: где ты живёшь? Я тебя провожу.
– Зачем? – спросила девушка, и я улыбнулся от того, что она, наконец, начала отвечать.
– У тебя мой пиджак.
– Я могу отдать… – Она уже начала стаскивать его с себя, но я резко положил руки ей на плечи.
– Нельзя, – строго сказал я. – Иначе ты простудишься. Он хотя бы сухой.
Девушка задумалась, а затем пожала плечами и обхватила пальцами края пиджака, закутываясь в него сильнее.
– Хорошо, – ответила она и направилась вперёд.
Когда я понял, в какой район она меня ведёт, сразу догадался, почему не хотела, чтобы её провожали. Саутсайд – самое неблагополучное место в Ортэме. Считалось, что вся отвратительная дрянь идёт именно оттуда. Несовершеннолетние воришки, наркоманы и убийцы. Я не пожалел, что решил проводить её.
– Как тебя зовут? – спросил я, с интересом разглядывая новую знакомую и стараясь не обращать внимания на напрягающие вопли, раздающиеся вокруг.
В школе у меня нет друзей, да и вне её стен тоже. Моя необычная внешность отталкивала любого желающего дружить. Меня это не волновало хотя бы потому, что мне скучно общаться хоть с кем-то. Тяжело найти знакомых по интересам. И я на сто процентов уверен, что не видел эту девушку в школе раньше. Она выглядела совсем юной, наверное, училась на несколько классов ниже, может поэтому я не заставал её в коридорах.
