Луиза прошла и опустилась на стул у стола. Я сел напротив, не сводя с нее взгляда. Я не мог на нее насмотреться. И я видел, что она смущалась. Обвела гостиную взглядом, рассматривая ее. Остановилась на открытой двери в спальню, на постель – практически не тронутой. Вновь посмотрела на меня. А я ждал, с замиранием сердца ждал, что же она скажет.
– Я тебя слушаю. – Начала она.
– Спрашивай. Отвечу. Мне нечего скрывать. – Луиза хмыкнула. Я прищурился, и пояснил. – Я все равно собирался рассказать тебе. Что ты хочешь услышать в первую очередь?
Она потянулась к стакану с соком, поднесла к губам, сделала глоток. Я завороженно наблюдал. И когда она ответила на мой вопрос – не сводил глаз с ее губ:
– Наше знакомство.
Да проще некуда. Я все равно сказал ей уже, что не случайно набрал номер. Поэтому я с легкостью пересказал ей, как все было. Какую роль во всем этом сыграл Альберт. Да практически главную. Луиза слушала, не перебивая.
Когда я закончил, она продолжала молчать. Я решил, что это зеленый свет для следующего пункта. Но рано обрадовался:
– Альберт! – Громко произнесла Луиза. – Я его вспомнила. Я предложила ему сделать кофе. А он попросил две кружки, сказал, что он с другом. Это ты стоял в холле? – Я удивленно вскинул бровь. – Ты был в рубашке серого цвета, рукава были закатаны до локтей. Я помню, как разглядывала твою спину.
– Ты даже это помнишь? – Удивился я.
Луиза кивнула:
– Альберт тот еще сводник. – Прокомментировала она, а затем спросила. – Почему ты мне раньше не сказал об этом?
Я пожал плечами.
– Не подумал, что это важно. Сказать, что не было подходящего момента – это не так. Был, и не раз. Просто я не придавал значение. Я не думал об этом. За все то время, что мы вместе, у меня ни разу не возникло мысли рассказать о знакомстве. Я просто наслаждался тем, что ты рядом.
Она вновь смутилась, опустила взгляд в пол. Обожаю, когда она смущается!
– Знаешь, после рассказа Наташи, я понимаю, почему ты не решался подойти.
– И почему же? – Мне были интересны ее выводы.
– Ты боялся разочароваться снова. – Тихо произнесла она.
Я покачал головой:
– Нет! – Луиза удивленно вскинула брови. Я пояснил. – Мне плевать на разочарования. Я столько раз это испытывал, что меня этим не напугать. Я боялся не разочароваться в тебе, я боялся быть отверженным тобой.
Я не сводил с нее глаз. Вот она – рядом. Протяни руку. Но, увы – очень далеко.
– Тебя это расстроило? – Все же решился спросить.
– Был легких шок. – Пояснила она, не глядя на меня. – Помню, как мама мне сказала, что это странное совпадение – набрать так удачно номер девушки, которая свободна. Но я не придала этому значение. – Она подняла на меня глаза. – Ладно, это пройдено. Теперь дальше. Вчера у меня состоялся долгий разговор с Наташей. Я думаю, что имею право ссылаться на нее. Ведь благодаря ей, все известно.
Она замолчала. Я напрягся. Как могла еще приукрасить Наташа всю эту историю? Хотя с другой стороны – она являлась непосредственным участником. Я помню, как она мне признавалась, рыдая, что уже хоронила меня. От этих воспоминаний мурашки по коже.
– Теперь я хочу услышать твою версию.
– Что это поменяет? – Спросил я, скрещивая руки на груди.
– Ничего. – Тихо ответила она.
Я застыл. Самое ужасное предположение подтвердилось – Луиза пришла за разводом.
– А ты вообще, о чем меня спрашиваешь? – Как будто очнувшись, спросила она.
– О нас.
– Ну, ничего не поменяет. Я просто буду знать правду. И я очень надеюсь, что уже ее знаю. Но это будет известно, когда ты расскажешь свою версию.
Холод прошелся по телу. Я чувствовал, что покрываюсь льдом изнутри. Но внешне я постарался сохранить спокойствие. Я ведь уже сказал, что развод она не получит. Захочет уехать, что ж пусть едет. Только я от нее не отстану. Мы живем в одном городе. Надо будет – буду добиваться заново!
Я сделал вдох. И начал рассказ:
– Все, что я говорил тебе – правда. Ровно до того момента, как мою компанию пытались растащить. Я не позволил! Я слишком много пережил, когда создавал свой «РИМ». И так просто я не собирался опускать руки…
Я рассказал обо всем. Не скрывал ничего. О людях, которые врали. О тех, кто помогал. Таких немного. О редакторе, который приукрасил мое тогда не завидное положение.
Мой рассказ затянулся почти на час. Завтрак давно остыл, но ни я, ни Луиза к нему не притронулись.
– Как-то так! – Закончил я. – Уж не знаю, насколько моя версия совпадает с версией Наташи.
Луиза кивнула, но не мне – похоже своим мыслям. И задала вопрос:
– А зачем весь этот обман был нужен? Или ты решил все свое окружение вывести на чистую воду?
– Знаешь, это полезно. – Я кивнул, соглашаясь. – Я не хочу выливать на тебя весь тот мусор, который тогда повылазил наружу. Ни к чему. Но это действительно помогло…
– Кому? – Шепотом спросила.
– Мне. – Жестко ответил.
– Тебе и так было нелегко, а ты решил добить себя?
– Лучше было вырвать сразу эти сорняки, пока они не пустили корни. Чтобы потом не оказаться с ножом в спине. – Луиза вытаращила на меня свои красивые глазки. – Это образное выражение. – Улыбнулся я, впервые за это утро.
