Неделя летела. Марк постоянно был на связи. По вечерам они с Альбертом забирали меня с работы. Я выдвинула ему условия: если с понедельника по четверг после работы он отвозит меня домой, то в пятницу я останусь у него до воскресенья. Это значит, что я проведу две ночи с ним. А если нет, то только одну: с субботы на воскресенье. Марк хмурился, но после моих объяснений, все же согласился. А дело было вот в чем.
Папе редко удавалось выходить на связь. И после таких удачных видео звонков, мама превращалась в зомби. Она скучала, грустила. У нее опускались руки. Папа не знал об этом. Конечно, она говорила, что скучает. Но он не знал насколько. Он ведь этого не видел. А мама запрещала говорить ему. Я всегда старалась быть рядом, чтоб она не чувствовала себя одинокой. Меня с детства поражали такие чувства, как у моих родителей. Как и любая нормальная девочка, я мечтала о такой крепкой любви.
Обычно маме нужно было два-три дня, чтоб привести свои чувства в порядок. Она быстро брала себя в руки, и продолжала радоваться жизни.
Долгожданная пятница наступила. Она была не только для Марка долгожданной, но и для меня.
Как только я оказалась в машине Марка, меня сгребли в объятия, и уже не отпускали до самого дома, естественно, дома Марка. А выйдя из машины, Марк подхватил меня на руки, и не отпускал, пока не доставил до постели.
Я успела заметить довольный взгляд Марии. И помахала ей рукой.
Мы решили, что не стоит выставлять их на выходные. Тем более, Марк пожаловался, какую взбучку он получил, когда Мария увидела коробки от еды на заказ. Я хохотала, а он грустно так упрекнул:
– Тебе весело, ты ее не слышала. И ведь говорила она совершенно правильные вещи. Так что прошлось согласиться, что она права, а мы нет. Надо было выкинуть их, замести все следы.
Марк опустил меня на постель, склонился и поцеловал.
– Как мама? – Поинтересовался он, отрываясь от моих губ.
– В норме. Даже с утра не спросила, а уверенно заявила, что я остаюсь у тебя.
Марк кивнул, поднялся с меня, протянул мне руку. Я поднялась, и мы направились ужинать.
Я все ждала выволочки от Марии, но ее не последовало. Как потом объяснил мне Марк, он запретил ей, сказал, что достаточно того, что он это выслушал. Я опять не смогла сдержаться, и рассмеялась.
Я наслаждалась его объятиями. Лежа под одеялом, совершенно обнаженные, я чувствовала спокойствие. Мне не хватало этих рук все те дни, когда я засыпала без него. Мне не хотелось даже думать, как все быстро у нас развивается. Может это потому, что мы слишком долго друг друга ждали. Да, пусть будет именно так!
Очередная суббота не обошлось без сюрпризов.
Я опять проснулся в семь утра. Чертов внутренний будильник! Даже не смотря на то, что я не давал Луизе спать почти до трех часов, он все равно сработал, бесперебойно.
Я любовался спящей красавицей. Она лежала, повернутой ко мне лицом. Ее каштановые волосы разметались по подушке. Одеяло скрывало ее от меня. И только плечи не прикрыты. Одна ее ладонь была под подушкой. Вторая – под щекой. Она ведь даже не догадывается, что я постоянно ее разглядываю, спящую.
Я аккуратно выбрался из постели. Умылся, натянул шорты. И направился в спортзал. Почти полтора часа мучал тренажеры. Мысли о Луизе давали прекрасную мотивацию для выплеска энергии. Это была мотивация наоборот. Я бы с удовольствием потратил эту энергию со своей женщиной. Но, так как она спала, тревожить ее сон было бы кощунственно.
Вернувшись в комнату, принял душ. Вышел из ванной в одном полотенце, и, все же направился на добывание прекрасного тела.
Луиза уже перевернулась, и теперь лежала ко мне спиной. Как только я лег рядом, услышал ее хриплый ото сна голос:
– Где был?
– В душе. – Даже в спортзале разрядка не помогла. Я хотел ее сейчас.
– А до душа? – Утренний допрос?
– Э! В спортзале. – Она обернулась, а я пояснил. – Колено не мучал.
Она кивнула и вновь укуталась в одеяло. Ну, это я уже не стерпел. Просунул руку под одеяло, направляясь к ее бедру.
– Марк! – Недовольство в голосе. – Я же сплю.
– Спи, милая, спи. – Упокоил я ее, продолжая путь выше по ее ноге.
Она проворчала что-то не разборчивое, но особо не сопротивлялась. И когда я это понял, то обнаглел окончательно. Откинул одеяло, уложил ее на живот. Коленом раздвинул ее ноги, и приподнял за бедра. Она медленно, но все же приподнялась. Я избавился от полотенца, и резко, без прелюдий, вошел. Она выгнулась, застонала. А ее стон – это лучший возбудитель! Я решил не ускорять ритм. Она ведь еще не окончательно проснулась. Так что будить будем потихоньку.
Медленно входил и выходил, наслаждаясь ее хриплыми стонами. Луиза начала двигаться вместе со мной. Сон ее я разогнал. Она всхлипнула, и я почувствовал, как ее мышцы обняли мой член. Еще несколько толчков, и я с удовольствием кончил внутри нее.
– Доброе утро, милая. – Пожелал я. Поцеловал в плечо.
Луиза хмыкнула:
– Очень приятное, доброе утро.
– Кто-то, помнится, был не доволен. – Упрекнул я. Аккуратно вышел. И лег рядом.
– Не знаю, о чем ты? – Улыбаясь, ответила эта вредина.
