Шрамы полностью

Я нахмурила брови. Значит, он не знал. Если Мейсен не рассказывал ему о незаконных гонках, то можно с уверенностью предположить, что Элай вообще не знал, что Мейсен был членом банды. А Даг знает? Знает ли Даг, что его сын финансирует их из «грязных» денег?

Я заставила себя улыбнуться, прежде чем он понял, что что-то не так, и его брат не был таким честным, каким казался.

— Верно. В любом случае, это твоя мотивация. Если ты будешь упорно работать, однажды ты станешь таким же успешным гонщиком, как твой старший брат.

Но не становись преступником, как он. Тюрьма — это совершенно не то, о чём ты должен думать, когда размышляешь о своём будущем.

— Ты так считаешь?

— Конечно!

Позже мы с Эли пошли в его комнату, чтобы посмотреть "Теорию большого взрыва" — одно из его любимых шоу. Я предложила приготовить нам смузи и пошла на кухню, чтобы поискать ингредиенты в холодильнике. В это время я думала об автомобильной аварии и его матери. Я забыла спросить его о том, что произошло с ней после несчастного случая и привели ли последствия аварии к распаду брака их родителей. Я сомневалась, что он расскажет мне, поскольку обычно он очень скрытен, когда речь заходит о его матери.

Я уже представляла себе множество фантастических историй в своём воображении. В одной из них она была стриптизершей, которая сбежала с членом русской мафии, но в итоге стала лидером банды торговцев людьми и переехала на Барбадос, где ей предстояло провести остаток своих дней, попивая коктейли. В другой версии её похитили инопланетяне и клонировали, чтобы создать армию, которая в будущем вторгнется на нашу планету.

Я высыпала яблоки, апельсины и морковь на столешницу и закатила глаза, почти смеясь над собой. Я повернулась, чтобы взять блендер со стола, но вместо этого столкнулась лицом к лицу с Мейсеном, который стоял всего в нескольких дюймах от меня и молча наблюдал за мной.

Я вскрикнула от неожиданности и отступила назад, прижимая руку к бешено колотящемуся сердцу.

— Боже! — Воскликнула я, всё ещё не оправившись от изумления. — Ты что, играешь в шпионов? Вот так подкрадываться к людям? В отличие от некоторых любовных романов, это не выглядит привлекательно. Отойди в сторону.

Я попыталась обойти его, чтобы добраться до стола, но он преградил мне путь. Наклонившись, он положил руки на столешницу, зажав меня между ними. Я резко вздохнула, мой страх усилился, когда я перевела взгляд на его руки, которые были слишком близко от меня.

— Что, по-твоему, ты делаешь? — Спросила я. — Ты вторгаешься в моё личное пространство! — Я уперлась руками ему в грудь, пытаясь оттолкнуть его, но он был сильнее меня и остался на месте, всё ещё держась за стойку. Он даже приблизил своё лицо к моему, не прерывая зрительного контакта.

— Я снова вижу это, — тихо сказал он. — Страх. Ты так реагируешь каждый раз, когда я оказываюсь рядом с тобой. — Его сердце билось ровно под моей ладонью, и это напоминало мне, что мои руки все еще лежат на его груди. Я замерла и могла поклясться, что его сердце забилось быстрее. Этот контакт превратился во что-то, чего я не хотела.

Я смущенно опустила руки, чувствуя, как он проникает не только в мое пространство, но и в мой разум, и в мою жизнь. Это становилось неуправляемым, и это пугало меня больше всего на свете. Я не собиралась показывать ему, как сильно он меня заинтриговал.

Я вздернула подбородок, вызывающе глядя на него, готовая ударить его, если он хотя бы попытается прикоснуться ко мне еще раз.

— И что? — Спросила я холодно. — К чему ты клонишь?

Он не растерялся.

— Я хочу знать, кто причинил тебе боль.

Мои воспоминания наполнились старыми образами, и на несколько секунд я увидела его. Мое сердце бешено заколотилось, когда знакомые запахи и звуки вернулись, чтобы мучить меня:

— Как насчет сегодняшнего вечера? — Спросил он. — Ты хочешь пойти со мной на свидание?

— Конечно, хочу, — произнесла я.

Он нежно погладил меня по щеке и сказал:

— Это будет незабываемая ночь, малыш.

Я улыбнулась ему в ответ:

— Я надеюсь на это.

Я так сильно прикусила губу, что пошла кровь, стараясь не отвлекаться от настоящего момента.

— Иди к черту, — сказала я Мейсену.

Его глаза сузились, сосредоточившись на моей кровоточащей губе. Выражение его лица стало серьезным.

— Я тут подумал, что человек не может быть таким злым и полным ненависти, если он сам не пострадал. У тебя есть все признаки этого. Итак, кто это сделал? Бывший друг? — Он наклонил голову, внимательно изучая меня. — Бывший парень? — Я вздрогнула, когда давление в моей голове усилилось, а его глаза расширились. — Он причинил тебе боль? Напал на тебя или…

Я ударила его по лицу, оставив на щеке красный след.

— Ты, отвратительный кусок дерьма…