Остальные стригои, телепатически узнали об этом успехе, почуяли победу и стали наступать на Эфа с удвоенной энергией. Некоторые стригои отошли от Бруно, чтобы поддержать наступающих вампиров сзади, сильнее сжимая зону безопасности Эфа. Локти прижались к бокам, он замахнулся и рубанул по их диким лицам, с покачивающимися бородками и открытыми пастями. Жало выстрелило в него, ударив в стену возле его уха с похожим на стрелу звуком. Он отрубил его, но их было еще много. Эф старался держать стену серебра, его руки и плечи выли от боли. Хватило бы и одного жала, если оно прорвется. Он чувствовал силу с которой толпа вампиров прижимала его. Господин Квинлан приземлился в центре сражения и моментально в него вступил. Он сместил баланс в сражении, но они все знали, что просто стараются сдержать прилив. Эфа скоро захлестнет.
Это скоро закончится.
Вспышка света показалась в небе над ними. Эф подумал, что это на самом деле, какая-то пиротехника выпущенная вампирами, для поднятия тревоги или даже для отвлечения внимания. Отвлечься на секунду и ему конец.
Но вспышка продолжала сверкать, усиливалась, расширялась над их головами. Она двигалась, выше чем он представлял.
А самое главное, вампирская атака замедлилась. Их тела застыли, тогда как их лица с открытыми пастями повернулись к темному небу.
Эф не мог поверить своей удаче. Эф взял на изготовку меч, чтобы прорубить себе путь через стригоев, на последнем дыхание, пробить себе путь к безопасности…
Но и он не смог устоять. Небесный огонь был слишком привлекателен. Он тоже рискнул взглянуть в загрязненое небо.
Сквозь черную мешковину пепла, скрывшую планету, прорывался яростный огонь, резкий, как пламя от ацетиленовой горелки. Он горел в темноте как комета, сгусток чистого пламени, сужаясь к хвосту. Жгучая слеза из красно-оранжевого огня разорвали фальшивую ночь.
Это могло быть падение только спутника - или еще чего-то более крупного - с внешней орбиты, при вхождение в атмосферу Земли он выглядел как огненный пушечный снаряд, выпущенный побежденным солнцем.
Вампиры попятились. Со своим красными глазами, заблокированными полосой пламени, они натыкались друг на друга с редким отсутствием координации. Это был страх, думал Эф или нечто подобное. Знак в небе достиг глубин их примитивной сущности, и они не обладали механизмом, чтобы противостоять этой опасности, кроме как визжать и неуклюже отступать.
Даже мистер Квинлан немного отступил. Ошеломленный светом и зрелищем.
Как будто падающий спутник загорелся в небе, он раздвинул плотные облака пепла и безжалостный поток дневного света проник в воздух, как перстом Божьим, падая на землю он сжег все в радиусе трех миль, включая и внешние края фермы .
Как только вампиры загорелись и стали визжать, Фет, Гас и Хоакин встретили их наступление с другой стороны. Втроем они побежали в толпу вампиров, охваченную паникой, буквально вырубая их прежде, чем они смогли бы собраться опять для полноценной атаки, вампиры начали убегать в разные стороны.
На мгновение величественный столб света показал лагерь вокруг них. Высокая стена, строгие здания, грязная земля. Равнина, находящаяся на грани уродливости, но грозная в своей заурядности. Это походило на съемочную площадку на открытом воздухе позади демонстрационного зала или грязной кухни ресторана: простое место, где делается реальная работа.
Эф смотрел на огненную полосу на небе, она стала гореть ярче, ее голова стала гореть насыщенней и ярче, пока она не поглотила себя и злобный след огня ослаб до струйки пламени, а затем и полностью исчез.
За ним, наконец-то от долгожданного дневного света, небеса начали светлеть, будто эта вспышка пламени возвещала о их появлении. Бледный контур солнца был едва видел за облаками пепла, всего несколько лучей прошли сквозь слабые места и просветы в коконе загрязнения. Этого было еле достаточно для света раннего рассвета в старом мире, но этого хватало. Хватало, чтобы загнать отступающих тварей под землю на час или два.
Эф увидел лагерную заключенную следующую за Фетом и Гасом, и несмотря на, то что она была лысой и одета в безразмерный комбинезон, он узнал ее, это была Нора. Сокрушающая смесь эмоций разразилась в нем. Казалось, что прошли годы, а не недели с их последней встречи. Но сейчас были более насущные проблемы.
Господин Квинлан отступил в тени. Его устойчивость к ультрафиолету была на пределе.
Я встречусь с вами… в Колумбии… желаю вам всем удачи.
Сказав это, он без, особых усилий, перелез через стену. Он исчез в мгновение ока.
Гас заметил, что Бруно держится за свою шею и подошел к нему. “Que paso, vato?”
“Мудак во мне,” ответил Бруно. Бандит поморщился, облизнул сухие губы, затем сплюнул на землю. Его поза была открытой и странной, будто он чувствовал, как черви уже кишат внутри него. “Мне конец, парни.”
Все замолчали. Гас, в шоке, приблизился к лицу Бруно, проверил его горла. Затем он захватил его в сильные объятия. “Бруно,” сказал он.
“Чертовы дикари”, - сказал Бруно. “Чертовски удачный выстрел.”
