— Д-да. Я с радостью с-с-сообщу вам её местоположение, точно так же, как и д-д-другому агенту.
— Какому другому агенту? — спросила Лили.
— Джеку. У-у-бийце Великанов.
— Это тот самый Джек из «Джек и бобовый стебель»? — удивлённо спросил Роберт.
Лили строго посмотрела на него.
— Простите, — сказал Роберт.
— Джек уже был здесь? — спросила Лили Пустяка.
— Вчера д-д-днём. Через пару ч-ч-часов после того, как ушёл дворф.
— Зачем Румпельштильскину понадобилась последняя Бастинда?
Пустяк посмотрел себе под ноги, вероятно, в тщетной надежде, что он внезапно воспламенится.
— Ну же, Пустяк, — сказала Лили. — Что он задумал? Зачем ему ведьма? Ей поди уже под шестьдесят.
Пустяк вздохнул и перевёл печальный взгляд на Лили. На мгновение он стал очень старым.
— К-к-когда он спас мне жизнь, платой было не заклинание поиска. Он х-х-хотел получить доступ к архивам Совета.
— И ты его ему дал.
— Я был м-м-молод и напуган. Ему было н-н-нужно только несколько минут, ну и я и п-п-подумал, что ничего плохого в этом не будет. Только спустя много лет Совет заметил п-п-пропавшие страницы.
— Какие страницы?
— Из одной к-к-книги заклинаний. Том ш-ш-шестьдесят ш-ш-шесть. В нём записаны исследования дверей, и того, как к-к-кровь Белого Кролика вплетена в их систему и стала ограничителем.
— А пропавшие страницы?
Волшебник сглотнул.
— Т-т-там изложено, как обойти эти правила.
— Значит, Румпельштильскин обладает знанием, как убрать необходимость в пропуске. Любой сможет перейти через двери на другую сторону.
— Да.
До Роберта, наконец, дошло.
— И для этого ему надо затариться нужными ингредиентами? Может, даже провести ритуал?
— Н-н-не ритуал, заклинание. Очень м-м-мощное заклинание. И, да, ему н-н-нужны ингредиенты.
— Это очень важно, Пустяк, — сказала Лили. — Ты знаешь, где он будет создавать заклинание, когда соберёт всё нужное?
— Не знаю. Где-нибудь, где мощное магическое поле. Магия здесь не так с-сильна, как раньше, но до сих пор остались м-места силы. Они где-то в Этосторонье. Именно здесь было с-создано первоначальное заклинание. Чтобы его отменит, ему н-н-нужно вернуться в Этосторонье.
— Минуточку, — сказал Роберт. — Он собрал все ингредиенты много лет назад, пока его не поймали. Где остальное? Может, он ещё не всё собрал?
— Мы не можем этого знать наверняка, — сказала Лили. — Нужно идти дальше, и остановить дворфа, пока он не вернулся в Этосторонье. К счастью, Джек уже сел ему на хвост, мы и этого не знаем точно. Но мы должны попробовать, должны остановить его, пока он не снял ограничения, пока он не открыл миры. Пустяк, нам нужно знать, где искать Элис Бастинду в Тосторонье.
— К-к-конечно.
— Полагаю, ты устал бояться дворфа, и если ты нам поможешь, уверяю тебя, он исчезнет навсегда и тебе больше не придётся из-за него беспокоиться. Нам от тебя потребуется ещё одна услуга. Большая.
Пустяк слегка дёрнулся, затем взял себя в руки. Мысль о том, чтобы избавиться от Румпельштильскина ему нравилась. Впервые за очень долгое время волшебник перестал трястись.
— Что я должен делать?
Пустяк вошёл в пустой зал и уронил пару вещей, что нёс с собой. Роберт и Лили прошли за ним, за ними проследовали гномы.
Великий зал главного здания Совета волшебников был совершенно пуст. Стены украшали большие гобелены, а пол был отполирован до такой яркости, какую могла одобрить лишь пожилая леди. Лампы были погашены, чтобы не мешать солнечному свету, который проникал в зал через большие окна от пола до потолка в передней части здания.
— Да, сойдёт, — произнёс Пустяк и принялся рисовать мелом круг на полу.
— И часто ты этим занимаешься? — спросил Роберт.
— Конечно, он же волшебник, — сказал Гник.
— Вообще-то, я с-с-стараюсь держаться от м-м-магии подальше; гадкая штука.
— Но, ты же волшебник, — сказал Роберт.
— Это н-н-не значит, что оно мне нравится, — произнёс Пустяк, который уже выглядел не столь нервным, обретя цель в жизни.
Роберт предполагал, что удаление Румпельштильскина из жизни волшебника — это отличный мотиватор.
— Концентрация м-м-магии, — говорил волшебник, — сильнее всего здесь, в этом зале. Если, как следует прислушаетесь, то услышите, как гудит из-из-изумрудный камень.
Роберт прислушался, но ничего не услышал. Он переключил внимание на гномов.
— И как вы собираетесь смешаться с толпой, когда окажетесь в Тосторонье?
— Мы за дверь даже бороду не сунем, — сказал генерал Гнарли.
— Без вариантов! — согласился Гник.
— Это почему же? — спросил Роберт.
— Гномы не путешествуют в Тосторонье, — пояснил Гнарли. — Мы превращаемся в керамику.
— Правда? — сказал Роберт. — Что? А потом люди украшают вами сады? — Роберт начал улыбаться собственной шутке, но вдруг прекратил. — Чёрт подери, неужели так и появляются садовые гномы?
— К сожалению, да, — сказал генерал. — Утверждается, что когда-то мы были самой крупной группой разумных созданий из существовавших в Этосторонье, пока не появились пропуска и для дверей не установили правила. До ограничений гномы постоянно ходили через двери. Наша численность быстро сократилась.
