Солнце закатывалось за гору, продемонстрировав переворот и прыжок, прежде чем начать скрываться за горизонтом. Было слышно, как по пустынным руинам Изумрудного города скользит магия.
Окаменевшая туша людоеда зашевелилась и сдвинулась в сторону усилиями зверолюда с телом человека и головой носорога.
Румпельштильскин почти час прыгал через двери, пока не оказался достаточно близко, чтобы остаток пути пройти пешком. По дороге он обзавёлся тремя подручными, чьи услуги получил в обмен на желания. Чуя идущее по пятам Агентство, он решил, что ему нужна кое-какая защита. Зверолюда носорога звали Бларфандер, пару ему составлял его лучший друг Щелкун, который не так сильно был похож на зверолюда, имея человеческое тело, ноги и руки толщиной с дерево, но обладая мозгами хомяка. Подобные зверолюды попадались чрезвычайно редко, да и за зверолюдей-то не воспринимались, их просто считали заторможенными. Третьим подручным, о выборе которого Румпельштильскин уже успел пожалеть, был зверолюд, который выше талии был человеком, а ниже — страусом. Его звали Йен и он постоянно куда-то спешил.
— Так, зачем всё это? — угрожающе прорычал Бларфандер, поскольку не рычать он не умел.
— Не твоё дело! — ответил Румпельштильскин.
— Быааа… — начал Щелкун, но быстро забыл, что хотел сказать.
— Прости Щелкуна, — сказал Бларфандер. — У него проблемы с концентрацией мыслей.
— Шевелитесь, болваны! — воскликнул Йен, который перепрыгнул через кучу щебня и скакал вперёд с грацией восторженной газели.
— Так, что в мешке? — спросил Бларфандер.
— Не твоё дело, — бросил дворф.
— Роуууу, — протянул Щелкун.
— Именно, Щелкун, пахнет странно, не так ли? — сказал Бларфандер и фыркнул.
— Там мёртвая ведьма. Доволен? — сказал дворф и обогнал здоровяков.
Вся компания остановилась посреди разрушенного города, в том же самом месте, где днём ранее появлялся Роберт. Йен убежал вперёд минимум на милю, и Румпельштильскин был рад его отпустить.
— Так, вы, двое, осмотритесь.
— Куда смотреть? — спросил Бларфандер.
— Агентов высматривайте.
— Ты ничего не говорил про агентов. Агенты опасные!
— Налллг, — согласился Щелкун, который беспечно ломал камни лбом.
— Громилы, вроде вас, боятся агентов? — с притворным удивлением поинтересовался Румпельштильскин.
— Ну, нет, не боимся, а, знаешь, ну, опасаемся. Я как-то встречал директора Агентства. Вот он страшный. С таким шутить не будешь.
— Сильно сомневаюсь, что кто-то из них здесь появится, но вы, двое…
— Трое! — выкрикнул Йен, вбежав на гору мусора. — Чем теперь займёмся?
— Как я и сказал, вы, трое, охраняйте двор по краям.
— Почему по краям? Ты же не собираешься заняться чем-то мерзким с мёртвой ведьмой? — спросил Бларфандер.
— Мёртвая ведьма? У кого тут мёртвая ведьма? — выкрикнул Йен.
— Там, в мешке у него мёртвая ведьма, он сам сказал.
Румпельштильскин потёр виски. Он вспомнил, что когда-то подручные были гораздо проще. Они выполняли приказы без лишних слов. Теперь же они хотели всё знать.
Дворф подошёл к руинам чего-то, похожего на склад, попробовал открыть дверь, но та упорно отказывалась сдвинуться хотя бы на дюйм.
— Э, башка носорожья, иди сюда, — сказал Румпельштильскин. Когда никакого движения не последовало, дворф обернулся и увидел Бларфандера, стоящего, скрестив руки на груди.
— Мне не нравится это уничижительное обращение, — с обидой в голосе произнёс Бларфандер.
— Но у тебя же голова носорога.
— Может, и носорога, а тело у меня человеческое. Ты об этом не думал?
— Ну…
— Вообще-то, это оскорбительно. Ты же не сказал: «э, человеческое тело, иди сюда».
— Я ничего такого не имел в виду.
— Все люди — расисты по отношению к зверолюдам.
— Да я сам не человек. Я — дворф!
— Не такое уж и меньшинство, да?
— Чего?
— Ну, дворфов тысячи, а зверолюдей всего несколько сотен.
— Слушай, я немного тороплюсь, — сказал дворф. — Как я могу всё исправить?
— Можешь начать с извинений.
— Прошу прощения, что назвал тебя носорожьей башкой. Теперь, иди сюда и открой эту дверь.
— От тебя не убудет, если ты скажешь «пожалуйста».
От раздражения Румпельштильскин начал подпрыгивать.
— Пожалуйста, иди сюда и открой эту чёртову дверь!
— Ладно, ладно, не надо орать.
Бларфандер поднял дверь, словно та ничего не весила, и запустил её вдаль, будто фрисби. За дверью оказалось несколько холщёвых мешков, которые дворф вытащил на центр двора.
— А теперь возвращайся… — начал дворф, но заметил, что Бларфандер вопросительно изогнул бровь, что было довольно не просто для того, у кого голова носорога. — В смысле, пожалуйста, вернись к наблюдению.
— С радостью, — сказал Бларфандер и вернулся на пост.
Йен бегал кругами по двору, а Щелкун стоял на дальнем краю двора, используя только один процент своего мозга. Бларфандер занял место на противоположном краю и принял грозный вид.
