Закалённый столкновениями с редактором "Затонского телеграфа", господин Миронов прекрасно понимал, что и как нужно делать, партию свою разыгрывал осторожно, без лишнего фанатизма, дабы и себя под удар не подставить, и злодеям передышки не дать. От господина полицмейстера, получив уверения, что арестованному недужится, а потому адвокату к нему нельзя, дабы заразу не подцепить, Виктор Иванович направился прямиком в газету, оттуда в ресторан, затем в клуб, затем на званый вечер. Упрекнуть господина адвоката в том, что он выдаёт тайны следствия было совершенно невозможно, только вот по городу поползли слухи о страшных оборотнях, прикрывающихся личинами честных людей. А, впрочем, Миронов-то тут причём, слухи они, как известно, в воздухе витают.
***
Пока папенька и Михаил со своими коллегами занимались отвлечением внимания, Анна и яков все силы направили на поиск таинственной серой тетради, из-за которой, скорее всего, и началась вся эта свистопляска. Яков Платонович резонно предположил, что искомая вещь хранится у дамы, коя в равной мере дарила внимание и Олегу Дмитриевичу, и Аркадию Максимовичу, из-за чего и случился памятный конфликт, ставшей, если можно так выразиться, спусковым крючком для всей истории. Предположение, спору нет, резонное, только вот как сыскать сию особу? Арестант, дай ему бог здоровья, а адвокату терпения, молчит, точно воды в рот набрал, а сама прелестница не спешит заявлять о своём существовании. Оно и понятно, учитывая, что стало с черноглазой горничной, только вот поискам барышни не способствует.
- Ничего, Аннушка, мы сей момент Олега Дмитриевича тебе притащим, - тётке Катерине следовало бы родиться мужчиной, уж больно ей нравились силовые методы решения проблем. - Он как миленький нам всё расскажет, ничего не утаит.
- Прошлый раз он даже не явился, - досадливо заметила Аннушка.
Тётка потрепала Анну Викторовну по плечику:
- Так прошлый раз у меня сил столько не было. А нынче я счастлива, любима, для меня нет ничего не возможного.
- Спасайся, кто может, - прошептал Иван Афанасьевич. Хватаясь за голову и отодвигаясь в тень. - Теперь от неё и вовсе никакого спасу не будет, и раньше-то змея была, а теперь цельный Змей Горыныч.
Алексей Михайлович "заботливо" встряхнул призрачного родственника, предупредил сладким голосом, от коего Ивана Афанасьевича мороз продрал по коже:
- Попрошу Вас впредь моей жены не оскорблять, дабы мне не пришлось выражать Вам своё неудовольствие.
Иван Афанасьевич гулко сглотнул и меленько закивал, сбивчиво уверяя всех в своих самых тёплых отношениях к Катерине.
- Мой герой, - мечтательно вздохнула Катерина и тут же ножкой притопнула, очами сверкнула. - Олег Дмитриевич, явись сюда незамедлительно!
Дух покойного господина Костолецкого страх как не хотел появляться, его всего так и корчило от злобы и ненависти, но как правильно сказала тётка, сил противостоять воле замужней дамы, окрылённой любовью и счастием, у него не было.
- Смотри скорее да запоминай крепче, другого раза не будет, - подтолкнула Анну в бок бабушка, - а мы его подержим, чтобы не ускользнул.
Перед взором Анны Викторовны вспыхивали и тут же гасли, сменяя друг друга в бешеном калейдоскопе видения. Вот Олег Дмитриевич о чём-то шепчется с доверчиво льнущей к нему девушкой, из одежды на которой, вот стыд и срам, только передничек и наколка горничной в волосах. Вот господин Костолецкий что-то лихорадочно записывает в пухлую серую тетрадь, а вот он передаёт тетрадь кареглазой рыжеволосой девице, чьё одеяние, а паче того, манеры не оставляют ни малейшей иллюзии в том, чем именно особа привыкла зарабатывать себе на жизнь. Удивительно даже, как это Аркадий Максимович мог предпочесть скромной и искренне любящей Наине Дмитриевне такую развратную особу!
Когда видения пропали, Анна судорожно вздохнула, прижимая руки к груди и пытаясь преодолеть сковавший всё тело страшный холод, результат общения с рассерженным духом. Яков обнял жену, согревая и утешая, давая возможность хоть немного опомниться, вернуться в мир живых.
- Я видела её, - Аннушка счастливо улыбнулась, чмокнула мужа в щёку, - у нас получилось, Яша!
- Мне нравится это у нас, - хмыкнула тётка Катерина, - твой супруг, моя милая, просто прирождённый спирит!
- Котёнок ты мой царапучий, - Алексей привлёк жену к себе, страстно шепнул прямо в ушко, - напомни, я говорил, что я люблю тебя?
Катерина кокетливо хихикнула, взмахнула ресницами, точно бабочка крыльями:
- Пока нет, но у тебя есть шанс исправить это упущение.
Иван Афанасьевич страдальчески поморщился и поспешно увёл влюблённых голубков, дабы они не мешали Анне и Якову вести следствие.
Впрочем, остановить Анну Викторовну сейчас смог бы только её супруг, но у того и мысли столь крамольной не возникало, наоборот, Яков внимательно наблюдал за тем, как жена быстро рисует на подхваченном со стола листе портрет девицы.
- Вот, - Аннушка протянула законченный рисунок мужу, - это она.
Штольман повертел рисунок в руках, запоминая:
- Найти такую даму труда не составит, у неё очень выдающаяся внешность.
