А здесь, в яме, произошло то, чего прежде никогда не случалось. Весь мир сжался для него в овчинку. Гриду хотелось спрятаться, зарыться в землю, закрыть глаза ладонями, как в детстве. Человек в своём страхе всегда маленький, мелкий, крохотный – так проще прятаться.
Грид выдохнул и вернул себя к жизни. Демон Волка смотрел на него пылающими угольями глаз. Что он испытывал, сжигая человека этим взглядом? Ульф наклонил голову и сделал шаг вперёд.
Вороном вспорхнула душа оборника, расправила крылья! Грид вскочил на ноги и отпустил от себя ярость. Он вспомнил Правило: «Никто не может заставить тебя бояться. Испугавшись, ты разрушаешь себе душу. Душа гибнет в трусости». Вот почему старуха говорила о душе!
Грид оскалился и захотел того, чтобы этот демон попробовал его мяса. Должно быть, глаза Грида сейчас тоже пылали как угли, потому что он видел теперь всё в красном.
– Ты выгнал его! – сказала Фрокна. – А я ждала, что он разорвёт тебе душу.
Грид захотел ответить ей, но сверху на него посмотрел хёвдинг, и Грид до скрипа сжал зубы.
– Это тот дерзкий раб? – спросил Ормир. – Ему не терпится стать кормом для волков? А где твои друзья, трэль? Они, наверно, захотели дать дёру на лодке, которую мы держим для этого случая. У неё плохо подогнаны доски днища. Твоим друзьям хватит, чтобы отойти от берега шагов на триста. Не больше. Жаль, что ты меня не понимаешь, трэль.
Ормир развернулся и побрёл прочь, а вельва стала что-то обреченно и невнятно причитать. Она никогда не бранила Ормира, на то была своя причина. Но сдержать поток негодования старухе удавалось плохо, и потому все её слова были обращены никому. Наконец она вспомнила о Гриде и, сунув ему свой посох, крикнула:
– Вылезай!
Пока оборник карабкался на край уступа, Фрокна рассказала ему то, о чём только что поведал Ормир.
– Что я могу сделать? – растерянно спросил Грид. – На крыльях Горо я доберусь туда быстро, но мне не под силу поднять их из моря!
– Не трать время на этих людей! – только и сказала вельва.
Хольдер уже столкнул лодку в воду и ждал, когда Трогги перетащит на неё оружие.
– Пара секир, да четыре копья, – бубнил Трогги, – разве это нам помешает?
– Если бы ты мог, то притащил бы сюда всё оружие Игрубса, – заметил Хольдер без интереса.
– И что с того? Нам понадобится оружие. Почему же даны не захватили с собой ни одного меча? Нам бы очень пригодились их мечи.
– Нам понадобятся только две секиры. А из-за твоей жадности мы потеряли уйму времени.
– Лучше бы ты мне помог! – ответил Трогги, сваливая копья в лодку.
В этот момент откуда-то появился Горо, и с криком бросился на беглецов.
– Что это с ним? – оторопело спросил Хольдер, чуть не свалившись в воду.
Горо носился над морем, налетая грудью на форштевень лодки и бил крыльями по её бортам.
– Он хочет нас о чём-то предупредить, – сообразил Трогги, – поговори с ним, ведь ты это умеешь.
Хольдер стал звать ворона.
Очень трудно объяснить беглецам, что их последний шанс к спасению на деле ведёт к гибели. Ворон выкаркивал похожие на человеческую речь звуки, но так и не находил подходящих слов. Пока он занимал время их побега своей тревогой произошло то, что и должно было случиться.
– Смотри, в лодке полно воды! – заметил Трогги. – Что ж теперь делать, ведь с острова ногами не убежишь?
Ворон сел на борт лодки и устало опустил крылья.
– Осторожней, здесь приступочек, – промямлила вельва, когда Грид вернулся, и они направились в жилище Фрокны.
– Почему ты мне помогаешь, ведь ты ненавидишь меня? – спросил оборник. – Там в яме… Я знаю, ты хотела, чтобы демон порвал мне душу.
– Я помогаю не тебе, а своему сыну, – ответила вельва, отвернувшись.
– А кто твой сын?
– Зачем тебе это, трэль? – сказала старуха, разыскивая по углам огниво.
– От моей помощи будет больше проку, если я буду знать.
Фрокна ничего не ответила и лишь яростнее стала разбрасывать тряпьё, попадавшееся ей под руку.
– Послушай! – снова сказал Грид, не получив ответа. – Зачем мы ищем сложные пути к спасению людей в том далёком мире, когда можно просто убить Ормира? Здесь это сделать легко.
Старуха порывисто обернулась и крикнула Гриду:
– Я не позволю тебе его убить! Одного моего сына ты уже убил… Такова цена за спасение другого.
– Что? – оторопело спросил Грид. – Ормир твой сын?.. И Йорк…?
Фрокне больше ничего не оставалось, как начать рассказ. Она устало опустилась на меховины и заговорила, с видимым усилием разворачивая память.
– У меня три сына. Но у них были разные отцы. Когда однажды не вернулся отец Крупика, я решила узнать судьбу своих детей. Тогда они были совсем маленькими… Крупика я ещё кормила грудью, а близнецам исполнилось года три-четыре… Уже не помню… Наверно, четыре. Я призвала Вальравна, совершив магический ритуал над своей кровью.
