имеет дело. В свои двадцать пять лет Джозиана славилась
умением искусно вести спор и не раз ставила своих оппо-
нентов в глупейшее положение, поэтому не всякий риско-
вал состязаться с ней в остроумии, зная ее острый язычок.
Признателен вам за совет, миледи, но боюсь, не смо-
гу им воспользоваться.
Отчего?
Опасно!
Отец плохо обращается с вами?
Раб не может быть доволен своим хозяином.
Почему вы унижаете себя?
Раб – вещь, а вещь не имеет свойства унижаться.
Разговаривая с Кингом, Джозиана не переставала вспо-
минать это лицо. Конечно, она не обязана помнить всех
рабов своего отца, но взгляд, манеры, голос этого мужчины
напомнили ей сцену четырехмесячной давности.
В тот день в Нассау прибыло судно с осужденными пре-
ступниками. Плетьми на причал выгнали изможденных лю-
дей, еле державшихся на ногах, и выстроили в шеренгу.
53
Эмиль Новер
Неподалеку от них стояла группа богато одетых людей, которые терпеливо ожидали, когда глава колонии выберет
себе товар.
Перед строем каторжан, опираясь на бамбуковую
трость, важно и медленно вышагивал низенький, плотный
человек в костюме из темно-коричневой тафты. Усы его
злобно, презрительно топорщились, а глаза бросали быст-
рые, опытные, оценивающие взгляды на живой товар из-
под широкополой шляпы. Он подходил то к одному, то к
другому, открывал осужденным рты, брезгливо осматривал
зубы, ощупывал ноги и руки, бросая сопровождавшему его
Коливьеру злобные реплики.
Дерьмо! И вы еще имеете наглость предлагать их
мне?! Предложите их акулам! И еще столько требуете! Да
эти мерзавцы не выдержат здесь и пары месяцев! Тьфу, смотреть на них тошно!
Коливьеру отбивался, как мог.
Губернатор Стэйз! Это вс достаточно работоспособ-
ные люди. Уверяю вас, они принесут вам немалую при-
быль.
Ха! Точнее сказать – убыток. Я вашу подлую натуру
знаю!
Суете дерьмо, а хвалите его, словно конфетку! Лучше
купить негров – от них больше проку и обойдутся дешевле.
Но вот губернатор остановился возле Огла. Рослый, сильный ирландец понравился Стейзу. Он несколько раз
ткнул тростью в сильное тело каторжанина и удовлетво-
ренно хмыкнул.
Пожалуй, пойдет. Сколько сдерете?
Сорок, – поспешил с ответом Коливьеру.
Губернатор ожег капитана недобрым взглядом из-под
густых бровей и медленно, словно выдавливая слова, про-
изнес:
Двадцать пять.
Но сэр, – начал капитан, но Стэйз тут же сказал:
Тридцать. – И добавил: – И ни фунтом больше.
По тону, каким это было произнесено, Коливьеру понял, что дальнейший торг бесполезен и, вздохнув, согласился.
54
Капитан «Дьявол»
Следующим был Майкил. Благодаря стараниям това-
рищей он достаточно крепко держался на ногах, хотя блед-
ность еще не сошла с юного лица. Коливьеру, для приличия
поторговавшись, согласился на цену, предложенную губер-
натором. Но при виде следующего Стейз презрительно
скривил рот.
Этого можете предложить на корм рыбам, да и те на-
верняка отвернутся!
Тебя они бы слопали за милую душу!
Неслыханная дерзость!
Побагровевший от злости Стэйз подскочил к невысоко-
му осужденному, на лице которого – как память о неспокой-
ном прошлом – лежал ужасный шрам, спокойно гонявшему
во рту соломинку. Нагло и дерзко смотрели его карие, чуть
прищуренные глаза. Он не отвел их от налившихся кровью
глаз бычьих глаз губернатора и тогда, когда тот рявкнул во
всю мощь своих легких:
Что ты пискнул?
Я сказал…
Что-о-о?!
Неважно.
Издеваешься, скотина!
Слово – не воробей, вылетит – не поймаешь.
Смеяться вздумал!
Разучился, пока плыл.
Сгною, ублюдка!
Не сомневаюсь, ваша милость.
Имя, выродок!
Мать нарекла Кингом, а друзья – «Убей англа».
Губернатор не нашел слов, чтобы ответить на эту дер-
зость. С минуту он тупо взирал на каторжанина выпучен-
ными глазами, но так и не сумел найти достойный ответ. Он
хотел лично забить осужденного, но мускулы, выделявшие-
ся под лохмотьями, заставили губернатора отказаться от
этого намерения, к тому же это было и неприлично. С тру-
дом уняв бешенство, он произнес:
Я запихну эти слова в твою вонючую глотку и ты по-
давишься ими.
55
Эмиль Новер
И губернатор повернулся к слугам, намереваясь отдать
жестокое приказание.
Рука Кинга скользнула под выпущенную рубашку, нащу-
пывая ребристую рукоять ножа. Сейчас уже поздно клясть
свой несдержанный язык, но дать убить себя так просто
Сэлвор не собирается! Прежде чем ирландец умрет, он ус-
пеет отправить к праотцам несколько человек, а эта тол-
стобрюхая свинья первой уйдет на небо. Однако судьба
предоставила отсрочку мятежному матросу: неожиданно
запротестовал капитал Коливьеру.
Э, нет, губернатор Стэйз, это неправильно! Он еще
невольник.
Губернатор ожег Коливьеру таким злобным взглядом, что тот съежился и пожалел о своем вмешательстве.
Сколько вы хотите?
Коливьеру проглотил комок в горле и неуверенно про-
изнес:
Двадцать, пожалуй.
Я согласен. Теперь он мой?
Да, конечно.
Отлично! Сейчас я покажу, что умеет делать губерна-
