"Старски", повинуясь рулю, огибает нос "Амфитриты", и оба подводника ошеломленно ахают.
Носовые ворота "Амфитриты" начисто сорваны. Впрочем, присмотревшись, они устанавливают, что сорвало только наружные ворота – "забрало". Внутреннее перекрытие, служащее одновременно погрузочно-разгрузочным пандусом, более или менее цело: его гофрированная нижняя сторона перекрывает зияющий рот "Амфитриты" на манер стоматологического моста. Наверху, там, где верхний край должен смыкаться с корпусом, видна небольшая, в несколько футов, брешь. Слишком маленькая, чтобы запустить в нее "Хатч".
– Ладно, – говорит Фрэнк. – Нам придется подобраться как можно ближе. Сперва я разберусь с тем, что осталось от креплений "забрала", а потом займемся внутренними воротами.
Фокс плавно направляет "Старски" вверх, ближе к каверне. Фрэнк начинает говорить, при этом наводя лучи прожекторов на осматриваемые участки:
– Донный запор "забрала": все три крепежных зажима донного запора разорваны на самых слабых участках, направление воздействия вперед и вверх. Боковые запоры: крепежные зажимы в передних пазах корпуса перекручены и разорваны, общее направление вращения вверх. Петли забрала: палубные петли уцелели, имеются лишь выбоины механического происхождения.
Осмотр крепежных и запорных приспособлений наружных ворот закончен. Переходим к внутренним. Состояние крепежных и запорных устройств пандуса: две петли с левого борта сорваны, вероятно, из-за вызванного избыточным напряжением повреждения подъемных проушин. Штифты верхних запорных крюков чудовищно перекручены.
Фрэнк щелчком сдвигает микрофон ото рта, открывает маленькую пластиковую бутылочку с "Эвиан", делает продолжительный глоток и возвращает микрофон на место, после чего протирает глаза тыльной стороной ладони.
– Чарли?
– Да?
– Я не я буду, если здесь взрывалась какая-нибудь бомба.
– Мне подумалось то же самое.
– Скажем сразу, один борт мы осмотрели, и никаких пробоин на нем, как и на корме, нет. На другом их, исходя из положения затонувшего судна, и быть не может. Следовательно, если эта бомба и могла где-то взорваться, то только здесь, на носу. Но взрыв, достаточно мощный, чтобы потопить паром, вызвал бы куда большие повреждения корпуса. Да и вообще, как могла заложенная на автомобильной палубе бомба снести наружные ворота, не повредив внутренние? Это "забрало" было не снесено взрывом, а сорвано давлением. Это видно по тому, как искривились боковые запоры и стержни поршней. Все перекручено в самых слабых местах.
– Значит, возможность взрыва исключается полностью?
– Ну, в теории можно допустить, что кто-то заложил миниатюрные взрывные устройства в местах контакта "забрала" с корпусом, так что приведение их в действие разорвало крепления. Только вот на практике сделать это так, чтобы никто не заметил, решительно невозможно.
Да и Кристиан Паркер утверждал: в предупреждении насчет бомбы указывалось, что заложена она именно в автомобиле.
Фрэнк умолкает и, поразмыслив, продолжает:
– В любом случае мне трудно представить себе, как можно устроить такой взрыв, чтобы наружные ворота снесло начисто, а внутренние остались почти неповрежденными. Это просто неосуществимо. Даже если поместить взрывчатку между "забралом" и пандусом, врыв такой силы, что она снесла "забрало", должен был вмять пандус внутрь.
Фрэнк снова погружается в молчание. Фокс тоже молчит, выжидая. Он знает, что им предстоит.
После осмотра левого борта, что не составит труда поскольку паром завалился направо и противоположная сторона открыта для обозрения, им придется заглянуть внутрь. Через иллюминаторы, а может быть, и с помощью "Хатча". А это значит, что они неизбежно увидят тела тех несчастных, которые оказались запертыми в гигантской стальной душегубке. Бедняг, пытавшихся выбраться, карабкаясь друг другу через головы или всплывая, как гелиевые шары, к потолкам заполнявшихся водой кают. Фоксу уже доводилось видеть такое при осмотре траулера, затонувшего у финского побережья. Зрелище было ужасным. Примерно так он представлял себе холокост – когда из душевых распылителей начинает поступать "Циклон Б", обреченные люди, ударившись в панику, пытаются выбраться наружу и умирают в корчах, цепляясь один за другого.
Вот почему Фокс не торопит Фрэнка. Фокс всего лишь управляет аппаратом, присматриваться к деталям не его обязанность, и, если смотреть невмоготу, он может и отвернуться. А вот Фрэнк наблюдатель, и его долг смотреть внимательно и запоминать все, не упуская ни малейших подробностей. Что он и делает.
Резкий хлопок – Фрэнк шлепает себя ладонями по щекам.
– Ладно. За дело!
На бедре Фрэнка в прозрачном кармане находится карта-план "Амфитриты" с чертежами и обозначением помещений всех палуб, а в его правой руке зажат гигиенический пакет, "позаимствованный" в "Бритиш Мидлэнд"[9].
– В какой последовательности будешь смотреть? – спрашивает Фокс.
– Думаю начать с мостика и дальше вниз, с уровня на уровень. Если надо будет остановиться, я тебе скажу.